Вернувшись с охоты, Мяурика долго стояла над тушей кабана, не понимая, что с ней делать. Никогда прежде она не готовила: на это всегда имелись слуги. Даже когда она вынуждена была работать простой продавщицей, всегда была возможность купить готовую еду. На той последней работе девушке казалось, что она совсем обнищала и хуже быть не может. Однако, как оказалось, может: сейчас ей предстояло многое делать самостоятельно.
«Здесь никто никому не прислуживает, - она нервно дёрнула ухом. – Надо что-то сообразить, не возиться же с готовкой самой?».
Она задумчиво упёрла руки в бока, взгляд скользнул за круглое окошко кухни. Отсюда виднелась лесная тропинка; вот мимо мелькнула серая шкурка зайца. Сама кухня была небольшой, и обстановка скуднее некуда: на песчаном полу примостилась трёхногая жаровня, рядом ящик со столовыми приборами, явно сделанными не из фарфора. И доска для разделки мяса.
«Ну уж помочь-то не откажутся», - мелькнула спасительная мысль, и девушка поспешила на улицу через обширную комнату с мягким полом.
Снаружи практически никого не было: женщины готовили либо кормили семьи, мужчины отдыхали, только несколько детишек с визгами носились между домами. Поздно она спохватилась, сейчас и помощниц не найти. Однако, обходя селение, Мяурика неожиданно для себя увидела Черноухую, болтающую с двумя другими девушками. Полная, с пышными рыжими кудрями полукошка держала в руках таз со шкурами и тряпками: явно ходила стирать. Блондинка с искусственными ушами и хвостом вертела на пальце какую-то подвеску.
- Добрый день, мяу, - Мяурика подошла к ним, приветственно взмахнув рукой. – Черноухая, можешь мне помочь, мяу? Боюсь, мне сложно сразу привыкнуть к новому быту, мяу.
- Да какие вопросы, мяу, - махнула рукой Черноухая. – Ладно, девчонки, тогда после завтрака и начнём, мяу.
- Удачи, мяу, - приветливо кивнула рыжая новенькой и поспешила в свой домик.
Блондинка подмигнула и тоже удалилась, вальяжно помахивая искусственным хвостом.
- С завтраком проблемы, мяу? – Уже сообразила Черноухая, скидывая меховые сапожки и влетая в дом Мяурики. – Сейчас всё устроим, мяу. С тебя за помощь порция еды, мяу!
- Естественно, мяу, - не стала спорить полукошка, уже предвкушая, как за неё всё приготовят.
Черноухая действительно подошла к делу с энтузиазмом. Сама незамужняя и без поклонников, лишившаяся родителей в подростковом возрасте, она могла рассчитывать только на себя. Конечно, по закону племени мужчинам приходилось делиться с ней добычей, а она в свою очередь либо готовила им, либо что-то стирала. Всё это Мяурика узнала, пока гостья хлопотала на кухне.
- Кабана нужно разделывать вот так, мяу. Смотри, вот здесь больше всего мяса, мяу. Понятное дело, что всё сразу не съешь, поэтому остатки лучше завялить, но это я потом покажу, мяу.
Она болтала, а руки порхали, вырезая куски, посыпая их солью и травами. Вот потянулся дымок от разведённого в жаровне огня, по кухне распространился запах поджаренного мяса. Вскоре девушки уже сидели в комнате, а перед ними стояли тарелки с завтраком. Мяурике было непривычно есть с пола, и она, подумав, принесла с кухни ящик. Туда была водружена доска, и получился импровизированный стол. Черноухая только посмеялась над её «обывательскими привычками». Особенно гостью развеселило, когда новенькая, выпрямив спину, начала аккуратно резать мясо.
- Ничего, привыкнешь к нашему образу жизни, мяу, - Черноухая смахнула слёзы, выступившие от смеха, и переставила свою миску на пол.
Мяурика только ухом повела, решив не обращать внимания. Есть с пола – что за чушь?
Гостья после обеда сама перемыла всю посуду, что хозяйке было только на руку: очень она не любила это занятие.
- У тебя тоже нет подвесок, мяу? – Спросила Мяурика, когда они уселись отдыхать на подушках.
- Почему же, мяу, - гостья пожала плечами. – От отца много чего досталось, что-то даже выгодно обменяла, мяу. Вызов мне никто не может бросить, это выгодно для кошки, мяу.
- Вот бы посмотреть, мяу…
Черноухая выпрямилась и весело взглянула на новенькую.
- Так пойдём, мяу!
Мяурика с готовностью вскочила. Вместе они обулись и перебежали на дальний конец поселения, где стоял дом Черноухой.
Сам по себе он не был примечательным: коробка с насестом. Не то, что вычурные конструкции неподалёку: там и лесенки, и гамаки. Однако внутри было, на что взглянуть: глаз радовал салатовый цвет стен, а с потолка свисало порядка тридцати самых разнообразных подвесок. Имелась тут и игровая перьевая метёлочка, и пара мячиков: просто кошачий рай.
Мяурика жадно огляделась, надеясь найти то, за чем и пришла к мурсианам. Вот бусы, мышка: то ли золотая, то ли позолоченная. Драгоценные кулоны, колье соседствовали с простыми бутылочными пробками, баночками из-под лекарств и духов, дешёвыми пластиковыми игрушками. Казалось, мурсиане тащили в дом всё, не разбираясь, мусор это или сокровище. Однако совокупность всего этого, если не приглядываться, давала ощущение богатства, а солнечные лучи, отражаясь от подвесок, бросали причудливые блики на стены. Мяурика даже позавидовала: расцветить бы свой домик так же!
Однако, обойдя всю комнату и даже на всякий случай заглянув в соседние помещения - кухню и спальню – девушка не нашла нужной вещи.
«Надо подружиться с другими мурсианами. У кого-то же в этом селении должен быть наш артефакт!» - Мелькнула в голове мысль.
- И как тебе, мяу? – Кокетливо склонила голову Черноухая, качнув пальцем бриллиантовое ожерелье. По комнате пробежали блики.
- Чудесно, мяу, - согласилась Мяурика. – Хотела бы я иметь столько всего, мяу.
Она невольно вспомнила оставленную в далёком прошлом богатую комнату, и представила, что будет, если и там прикрепить что-то к потолку – разумеется, только самое изысканное и дорогое.
«Непременно попробую, когда вернусь. Будет забавно», - она хмыкнула.