***
По всему дворцу уже загорались люстры, и палата также была освещена. Рика пришла навестить и мадам Козетта. Увидев посетителей, экономка тотчас засуетилась.
- Ох, не стоило волноваться, это обычная простуда… особенно вам, Ваше Величество, вы ведь так хрупки…
- Без Рика скучно, - улыбнулась Варя, входя и кивая мальчику, который радостно привстал с подушек.
Впрочем, он тут же закашлялся, и матушка кинулась укрывать его одеялом.
- Ты что! Тебе лечиться надо, а ты снова решил простудиться? – Сердито заговорила она.
Нат опустился на соседнюю кровать. Из-под одеяла выбрался сонный котёнок и тут же радостно замяукал.
- Шустер! – Обрадовалась Варя.
Котёнок перелез через коленки друга и ткнулся мордочкой в её руку. Женщина принялась его наглаживать. А для мадам Мадам, похоже, присутствие Шустера оказалось новостью.
- Что? Этот рыжий оборотень тут? – Она всплеснула руками.
- Нам было скучно поодиночке, - Рик умоляюще сложил руки.
Женщина покачала головой.
- Мог бы сказать! Ох уж эти дети…
- Дружбу остановить сложно, - рассмеялась Варя. – Пусть с Риком хоть Шустер сидит, почти весь день один…
Котёнок тотчас вытянулся в мальчика.
- Я днём домой сбегал, и мама разрешила завтра весь день с тобой сидеть, мяу! Можно, мяу? – Его взгляд устремился на мадам Козетту.
Та замялась, неуверенно переводя взгляд с сына на его друга. А потом вздохнула.
- Смотрю, сегодня всё прошло гладко. Ну хорошо… - и тут же прервала вопли радости: - Но если вздумаете беситься – живо отправишься назад в племя!
Шустер широко заулыбался и, съёжившись в котёнка, радостно заскакал по кровати. Козетта только головой покачала под дружный смех собравшихся.
***
На следующее утро Нат пришёл в кабинет Тризнова сдаваться: всё-таки заразился. Рик, проснувшись и обнаружив в соседней кровати сосредоточенно разбирающего письма короля, испугался.
А Нат чихнул и, весело взглянув на мальчика, прожестикулировал.
«Составлю тебе компанию, не против?».
- Простите…
Кивок, мужчина продолжил читать письмо. Рик притих, с болью глядя на короля. Снова Его Величество страдал из-за пажа! Вот только… почему-то улыбался.
Навалилась тишина, прерываемая лишь шелестом бумаги. Было ужасно неловко даже шевельнуться. Хотелось просто провалиться сквозь кровать в обещанную Тризновым могилку.
Паузу нарушили топот и возглас в кабинете:
- Господин Тризнов, мяу! Я к Рику, мяу!
- А мне нравится твой голос, - последовал задумчивый ответ. – Будешь плакальщиком?
- Я не против, мяу!
Дверь распахнулась с пинка. Нат вскинул голову, невольно сравнив гостя с Висом. Ещё бы, у кого учиться, как не у старшего брата?
- Ой, Ваше Величество, мяу! – Шустер подбежал к его постели, и приветственно помахал другу. А потом повернулся к мужчине. – А вы тоже заболели?
Нат и Рик дружно уставились на газеты в его руках.
- Да, меня просили передать, мяу. Может, я на время болезни Рика стану вашим… мяу…
Он умолк, тоже уставившись на свои руки. А король вдруг расхохотался: Шустер держал в руках ошмётки газет! Рик растерянно переводил взгляд с короля на друга и обратно, и вдруг сам ощутил глупость положения – будто себя со стороны увидел. И снова реакция Его Величества была не такой, как раньше – на пажа мужчина разозлился. Стало невыносимо обидно, захотелось возмутиться таким отношением. Но слова застряли в горле: Шустер ведь такой же, как он.
Мурсианин же широко распахнутыми глазами посмотрел на одного, на другого, и медленно съёжился в котёнка. Впрочем, удрать не успел: Рик спохватился и, поймав его, взглянул в глаза.
- Где потерял? Принеси обрывки и склей всё обратно... – и добавил, смутившись: - пожалуйста.
Котёнок согласно мяукнул, и Рик, отпустив, проследил, как друг скрывается за дверью. А Нат всхлипнул и протянул ему руку. Паж смущённо ответил на рукопожатие, только теперь ощутив, что сам был на месте монарха.
А король уже весело протянул ему письмо.
«Прочитаешь?».
Оба ощутили неожиданное тепло. Рик тут же принялся читать, а Нат откинулся на подушку и с улыбкой закрыл глаза.
Всё это ярко напомнило об их первом проведённом вместе дне. Сколько же всего произошло с того времени! Рик запнулся, строчки расплылись перед глазами. Если бы и король прогнал его с работы, не мучился бы сейчас с таким «помощником».
Внимание неожиданно привлёк взмах протеза. Мальчик быстро смахнул слёзы и без труда прочёл знаки, адресованные ему.
«Ты всё такой же. Но как-то незаметно вырос, - король рывком сел и снова улыбнулся. – Я думал, понятия «придворный» и «живой» - несовместимые. Ты меня в этом разубедил. И знаешь… ты мне как братишка».
На глазах мальчика выступили слёзы, но они не были отражением мыслей о собственной никчёмности. Король чувствовал к нему то же самое! Казалось, впервые Рик плакал от счастья.