***
Рано поутру, планово разбирая корреспонденцию, Нат совершенно неожиданно обнаружил среди вороха газет и писем конверт с гербом Андарии. Матушка то и дело высказывала недовольство, если речь заходила о её родственниках, да и после проигнорированного приглашения на его свадьбу король смирился и решил забыть об этой островной державе. Зато Её Величество Камилла Андарийская как раз потрудилась вспомнить о племяннике – по крайней мере, письмо было адресовано ему.
В замешательстве потерев левое плечо, Нат поспешно вскрыл конверт. Взгляд скользнул по строкам, написанным ровным, красивым почерком с завитками.
«Добрый день, Ваше Величество Натрияхлоридий I Ваза. Ранее мы не общались, и видели друг друга лишь однажды, и то мельком, но обстоятельства вынуждают обратиться к Вам. Сестрица моя, Ваша матушка, несомненно, обижена на нас, но Вы, я уверена, дочитаете письмо до конца и поймёте меня.
Дело в том, что нашу семью постигло ужасное несчастье: Ваша тётушка, принцесса Маргарет, при смерти. Требуется искусная операция, но наши медики не могут её провести. Мы в поисках человека настолько талантливого, который сможет сшить тонкие ткани, не повредив их. А обратилась к Вам я потому, что знаю: такой медик у Вас есть…»
Даже задумываться не надо было, чтобы догадаться, о ком шла речь: конечно, о Тризнове! И зная неудачливость племянника, Камилла Андарийская не могла не сделать вывода о его придворном враче.
«Ради вселенской любви Праматери, надеюсь, Вы не откажете в помощи и пришлёте своего придворного врача Бориса Тризнова. Задерживать чересчур мы его не станем, ещё и по-королевски наградим, ведь я уверена, что он сможет поставить мою дорогую сестру на ноги. В свою очередь, Вы можете потребовать у меня за это, что Вам будет угодно. Надеюсь, Вы не оставите нас в беде, как не оставляете без внимания своих подданных.
С глубокой надеждой и уважением, правительница Андарии Камилла I Прекрасная».
Монарх заколебался. Родственники вспомнили о них с матерью только тогда, когда хвост прищемило, и всё это смахивало на то, что помощью Ната воспользуются, и снова забудут о Царосе. Пожалуй, если бы проблема, описанная в письме, не была столь серьёзной, он бы оставил прошение без ответа: мол, разбирайтесь сами, если такие независимые. Однако сердце кольнуло сочувствие. Не мог он пройти мимо столь серьёзной беды, ведь потом всю жизнь будет мучиться осознанием, что мог помочь, но допустил трагедию.
Вздохнув, Нат повертел письмо в пальцах. И всё же Камилла I здорово его обидела, не ответив на приглашение на столь важное для него событие. Может, именно её присутствие на что-нибудь повлияло бы. Но, конечно, это предположение было всего лишь надеждой на дополнительный шанс.
«Тризнова им… - Нат покачал головой. – А если со мной что-нибудь случится?.. Но она же умирает, как я могу не сделать хоть что-то? И поехать с ним не могу, страна без монарха останется… вот если бы Варю приняли королевой, тогда другое дело».
Он думал так, а сам вдруг со стыдом осознал, что просто ищет отговорки. Да и о чём говорить с Камиллой I? Они ждут только врача, а Нат просто будет болтаться без дела при чужом дворе. Неприкаянный киборг, неизвестно зачем явившийся к тем, кому не нужен. Одному в этом деле уже не разобраться, и мужчина вынул из кармана брюк блокнот с ручкой. На звон колокольчика отозвался дожидающийся за дверью церемониймейстер.
«Велите подать чай в Зелёную гостиную, - показал Нат написанное в блокноте. – И пригласите матушку, Варю и Тризнова. Это всё».
- Да, Ваше Величество, - поклонился Илиштольц и вышел.