Но где тогда поручик?
Озадаченно нахмурившись, я вернулась в коридор и дошла до гостиной, где в одиночестве нервничала Ульяна. Там, успокоив женщину, отправила её успокаивать уже Дарью, а сама, дождавшись Прохора с ломом, двинулась в сторону своей будущей спальни.
Там, дойдя до нужного угла, опустилась на колени, ведь была одета в обычные джинсы и не боялась испачкаться, внимательно изучила пол, куда в прошлый раз указывал Ржевский, не нашла явных указаний на возможность открыть тайник руками и позвала на помощь дворецкого.
– Где-то тут. Не могу понять, как вскрыть поаккуратнее…
– Разбере-емся, - со знанием дела кхекнул дворецкий и, жестом попросив меня уступить место, вроде как невзначай полюбопытствовал: - А граф-то какой? Папенька ваш иль другой?
– Другой, - не стала скрывать. - Самый первый, который на портрете изображен, что в кабинете висит. Ржевский Дмитрий Иванович, поручик Ахтырского гусарского полка.
– Йех! - аккуратно поддев досочку и вынув её из пазов с ювелирной аккуратностью, Прохор тихонько хмыкнул в усы. - И впрямь, значит, видите… Да, слышал я от его сиятельства, а затем и от отца вашего схожие речи. Но они предка на трезвую голову не видели и общаться не могли. Неужто дело в том, что вы женщина?
– Всё может быть. - Я небрежно пожала плечами, с гораздо большим интересом следя не за разговором, а за тем, как Прохор аккуратно встает на колени и запускает руку под половицы, довольно быстро нашаривая крупный мешочек с монетами.
Правда, пока мужчина его вынимал, тот едва не развалился у него прямо в ладони. Прохор еле успел вскинуть руку и подбросить мешочек в воздух, и уже там его гнилые нитки расползлись, а монеты разлетелись по всей комнате.
– Охохонюшки! - выпалил дворецкий, неловко припадая на колено, отчего я поспешила к нему, чтобы поддержать. - Ваше сиятельство, да куда? Я сам!
– Сам, конечно же сам, - проворчала с нескрываемым недовольством, придерживая мужчину за руку и снова запуская в его тело импульс, убирающий боль и укрепляющий суставы. - Завтра же начнем ставить курс уколов с кальцием и всеми необходимыми витаминами. Возмутительно запущенный остеопороз!
– Чего? - напрягся Прохор. - Вы это… лекарь что ли?
– Нет, всего лишь опытная медсестра, - ухмыльнулась я. - С завтрашнего дня садишься на диету из мяса, рыбы и холодца. И не вздумай отлынивать! Ясно?
– Ну, скажете тоже, - кривовато усмехнулся мужчина, поднимаясь на ноги, пока я ловко собирала разбежавшиеся монетки в одну кучку. - Куда мне мясо с моими зубами?
– Котлеты - тоже мясо, - заверила его. - А будешь возмущаться, я тебе ещё и зубы выращу. В три ряда! Поверь, человеческий организм и не на такое способен.
– Вот не надо, - с опаской возмутился Прохор и на всякий случай отступил на шаг, наивно думая, что это его спасет. - Не надо в три. На один, так и быть, согласен. А ещё что можете?
– Разное, - ответила уклончиво. - И не одним махом. Я не лекарь, правда. Но… кое-что могу. И помогу, обещаю.
После чего сама встала на карачки и посветила телефонным фонариком вниз. Убедилась, что тайник пуст, и сама аккуратно приладила доску на место. Задумалась, куда собрать монеты, щелкнула пальцами, сходила на кухню за пластиковой миской, и собрала нашу добычу в неё. Пока пересыпала, выяснила, что они не российские, а… непонятно какие. Точно не европейские.
Зато золотые и как минимум полторы сотни!
– Как думаешь, чьи? - поинтересовалась задумчиво, покрутив одну такую монетку в руках и протянув Прохору, который шагнул ближе.
– Турецкие, - уверенно ответил слуга. - Вот тут вязь ихняя.
– Да? - удивилась. - А я думала, просто закорючки. Что ж, надо будет показать их оценщикам. Ладно, отнесу пока наверх. Заодно приберусь чуток. Если что - зови.
– А это… - Дворецкий выразительно покачал лом в руке. - Может ещё чего вскроем? Раз уж начали.
– Я пока не знаю, что именно, - качнула головой. - Вернется поручик, продолжим. Но скорее всего уже завтра. Не волнуйся, без тебя не начну.
– Да я как бы и не волнуюсь, - смутился дед и почесал затылок. - Ладно… Поручик, значит… Ишь! Шельма! А где он сейчас?
И с опаской зыркнул сначала в один угол, затем в другой.
– Ушел следить за гостями. Но что-то долго… - Я и сама уже начала волноваться, но в то же время понимала, что вряд ли они сумеют причинить вред призраку. Но почему так долго?
Неожиданно зазвонил телефон, который я уже успела сунуть в задний карман. Номер не определился, но я всё равно ответила. Мало ли что?
– Полина Дмитриевна Ржевская? - поинтересовался незнакомец чуть приглушенным, словно простуженным голосом.
– Да, я, - ответила настороженно.
– Банщиков Илья Захарович, - представился мужчина. - Был знаком с вашим отцом. Думаю, вы догадываетесь, по какому поводу я вам звоню?
Да уж догадываюсь…
Скривившись, но в то же время пытаясь понять, откуда мужчина знает, что я уже вступила в права наследования (а ещё мой номер!), тем не менее я не спешила заявлять о своей информированности.
– Даже не представляю. Расскажите, пожалуйста, сами.
Едва слышно усмехнувшись, мужчина не стал юлить:
– Незадолго до смерти ваш отец занял у меня некоторую сумму денег. И не успел вернуть. Скажите, могу ли я рассчитывать на возврат долга по расписке?
Быстренько вспомнив, что папаша должен Банщикову триста тысяч, я мысленно погладила по голове печально квакнувшую жабку, искренне ей сочувствуя, а вслух произнесла:
– Конечно. Когда вам будет удобно встретиться и где?
Кажется, я сумела удивить мужчину, так что вышла некоторая заминка, но совсем короткая, а затем он произнёс:
– Буду рад видеть вас в своём офисе по улице Тургенева. Бизнес центр над рестораном Айсберг. В понедельник. В котором часу вам будет удобнее?
– Думаю, с самого утра.
– Договорились. В девять. Буду ждать.
Угу. Будет он. Главное, не забыть!
Завершив разговор тяжким вздохом, тут же вписала в свой телефонный ежедневник фамилию, дату и место встречи, внесла в телефонную книгу самого абонента и отправилась наверх, не забыв миску с монетами.
В кабинете, снова изучив предстоящий фронт работ, первым делом убрала миску в сейф, после чего снова спустилась вниз и попросила у Ульяны пылесос и ведро с тряпками. Уля, добрая душа, тут же вызвалась мне помогать, тем более Юленька уже уснула, а вот сама Ульяна, наоборот, нервничала так, что места себе не находила, поэтому пришлось не просто брать её с собой, но и рассказывать последние новости.
То нервно хмыкая, то кривясь с отвращением, а то и застывая в смешной позе, Ульяна вела себя настолько мило и непосредственно, что я не удержалась и рассказала её всё. В том числе про тайники, спрятанные по дому, и поручика.
Поначалу думала смолчать, всё-таки довольно деликатная тема и не для чужих ушей, но в то же время уже поняла, что раз Прохор в курсе, то и Улю не стоит держать в неведении.
– Дима, значит… - задумалась она и так глубоко ушла в себя, продолжая водить тряпкой по подоконнику, что я даже забеспокоилась. - Это получается, я с ним… всё это время…
Кхм. Мда. А вот об этом я как-то не подумала.
Прошло минут десять, я старательно пылесосила углы, хотя и видела, что тут уже проходились с пылесосом, когда забирали шторы и ковер, но всё равно пыль успела налететь с мебели, и комната требовала уборки.
– А он сейчас здесь? - Ульяна вдруг резко вскинула голову и нервно осмотрелась.
– Нет, - ответила сразу.
– А вот и да, - усмехнулся Ржевский, входя через запертую дверь. - О чем сплетничаем, дамы?
– Явился, - произнесла вслух и махнула рукой в сторону кресла. - Сядь туда. Уля, он здесь, но ты только не волнуйся.
– Ты рассказала ей обо мне? - удивился поручик, но не сильно, послушно заваливаясь в кресло и закидывая одну ногу на подлокотник. - А зачем?