— А данные? А генетические коды? А зональные иммунологические сертификаты? — не поверил Дойль.
— Когда я предложил Харламову это, он вначале не поверил, а потом побежал к себе и принес мне прядь волос Марины. Ведь генный набор содержится в любых клетках, в том числе и волос! И я, — тут в голосе робота почувствовалась гордость, — сумел по одному набору генных структур восстановить всё остальное тело!
— Не может быть!
— Почему? — возразил робот. — Оторванный палец я восстанавливаю, регенерируя клетки последовательно от места отрыва. Тут задача была в принципе та же: к волосу, от которого оторвали все остальное тело, я регенерировал клетку за клеткой — сначала кожу под волосами, потом череп, потом мозг в черепе, а все остальное вообще было лишь обычной регенерацией!
— А потом, — продолжал робот, — мне стало жалко родных тех людей, которые разбились на нескольких рейдерах. Я теми или иными путями раздобывал кусочки кожи или хотя бы ногтей и восстанавливал погибших заново! Я никого не убивал! Я буквально следовал первому закону — робот не может своим бездействием допустить, чтобы человеку был нанесен вред, но ведь переживания о гибели родного человека — ужасный вред! И я избавил от него людей!
— Почему же ты не доложил?..
— Так ведь тогда люди бы всё равно пережидали!
Я усомнился.
— Что ж вторая Марина не вышла замуж за Харламова, если они оба друг друга любят?
Робот вздохнул еще тяжелее.
— В том-то и дело, — сказал он, — что Харламов, сидя здесь и видя, как на его глазах возникает новая Марина, внезапно заорал, замахал руками, и когда Марина вышла из регенерационной камеры, бросился вон, крича: "Не хочу чудовище"! Потому-то я и не стал никому говорить, когда заменял погибших вновь выращенными!
— Все равно сумасшедший робот, — закаркал Чае Ген. — Ведь второй закон прямо предписывает говорить правду…
— Так ведь никто же не спрашивал! — живо возразил Регенератор. — Никто не ставил вопроса так: "А данного человека не ты ли сотворил?"! Конечно же, сами сотворенные понимали, что они копии, отсюда и нервы.
— Не все нормально вспомнили, — ввернул я.
— Нет, — возразил Регенератор. — Вспомнить-то они всё вспоминали, просто некоторые воспоминания были связаны с такими личными вещами…
— Стоп, — cказал я, — А как же Серебряков? Он появился раньше, чем спасатели подобрали останки и ты смог бы его регенерировать…
— Никак нет, — возразил робот. — Серебряков лечился у меня два года назад, когда приезжал на "Гнев Афродиты" с какими-то лекциями. И как только я услышал, что он погиб, я регенерировал его вновь…
И тут случилось совсем неожиданное. В двери вошли… два профессора Серебрякова!! Один из них улыбнулся и сказал:
— А сведения, услышанные Регенератором, оказались ошибочными! Я остался жив! И я очень благодарен роботу за двойника — нам стало так удобнее и легче!