Гигант – а мутант к этому моменту действительно стал гигантом – начал просыпаться. Такие атаки уже должны были стать привычными, но не похоже, что он их запоминал… Да и чем ему, собственно, запоминать? Ничего похожего на мозговые клетки сканеры не обнаружили ни в одном из нагромождений плоти. Так что каждая атака становилась для уродца премьерой, и он пока что неуклюже дергался, пытаясь сообразить, что к чему.
Рино же не утратил контроль ни на миг. Даже если неудача его задела, виду он не подал, он перешел ко второй фазе. Роботы изменили порядок, сбросили бомбы под новым углом, покрывая льдом еще больше изогнутой плоти уродца.
– Сколько зарядов осталось? – напряженно уточнил Рино.
Тут Мира могла бы сказать, что, если бы он согласился вывести план на монитор, все данные были бы у него перед глазами. Но какой смысл сейчас характер проявлять? Она сама прочитала с компьютера:
– По семь у тех, которых ты уже использовал, по пятнадцать у тех, которые в резерве.
– Хватит… Должно хватить!
Мира была согласна с тем, что должно. Только вот мутант явно придерживался иного мнения, он дергался все сильнее, все злее. Пасть, еще больше увеличившаяся, разросшаяся под совсем уж плоским лбом, издала первый яростный вой. Существо начало метаться, биться всем телом, оно не только сшибало с себя лед, оно еще и откидывало в сторону криобомбы, и они покрывали острыми кристаллами стены и пол. Но это ничего, Мира лично проверяла все расчеты, такое не должно навредить реактору…
Зато существо навредить может, оно будто хочет этого! Единственный полноценный глаз яростно оглядывался по сторонам, однако замечать такие мелкие цели, как дроны, ему было сложновато, а может, координацию оно так и не наладило – или все сразу. Какой бы ни была причина, оно теперь билось, как в судорогах, и вредило не своим противникам, а всему залу. Лед еще и увеличивал хрупкость некоторых материалов, угрозы возрастали, тут чем угодно закончиться могло!
– Его нужно успокаивать, – не выдержала Мира.
– Да, я знаю, я… – Рино на миг запнулся, потом продолжил с прежней решимостью: – Я все сделаю.
Он оказался среди тех, кто выступал резко против скармливания трупов существу, и не скрывал этого. Рино осознавал, почему такое необходимо, да и как военный он не собирался нарушать приказ. Но Мира прекрасно понимала, как тяжело это ему дается. Пожалуй, только Гюрза был способен придерживаться философии «труп есть труп». Остальные переносили ситуацию хуже, а Рино, выходцу из религиозной семьи, и вовсе претило такое обращение с мертвыми.
До того, как они отправились на задание, Мира даже предлагала взять эту часть плана на себя, но пилот отказался. Поэтому теперь она заставила себя сдерживаться, даже если очень хотелось помочь ему, хоть как-то поддержать. Он выдержит, должен, он намного сильнее, чем считают многие!
Он даже неплохо начал: его дроны пробили один из мешков, существо тут же вцепилось в подношение, перестав наконец дергаться, а Рино тем временем вскрывал остальные. Так что все могло получиться – а потом произошла катастрофа.
– Это же… Стивен, – прошептал Рино. – А это Карина, Филипп… Какого черта?!
Мире не нужно было спрашивать, что произошло, она и так все поняла, почувствовала, как сердце испуганно замирает, а страх льдом расползается по венам.
В мешках лежали мертвые пилоты. Те, кого Рино знал лично, те, кто с ним летал, может, был знаком с ним еще до «Виа Ферраты»… Люди, которые имели для него значение, которые никак не подходили под определение «просто труп»!
Ситуация была сложной с самого начала, теперь же она вышла на немыслимый уровень. Мира никак не могла избавиться от ощущения, что кто-то подстроил это специально, это диверсия, не иначе! Да, трупы людей, работавших в одном отделе, могли оказаться рядом – их так в морге и распределяли когда-то. И все же именно пилоты? Вероятность есть – но какая!
А если диверсия… Кому это могло понадобиться? Тем, кто тут бубнит про восстание и распространяет дурацкие листовки? Или тем, кто хотел упрекнуть Рино за то, в чем он был совсем не виноват – использование мертвецов? Того же Гюрзу упрекать бесполезно, да и адмирал подобный удар выдержала бы без труда. Поэтому и выбрали того, кто наиболее уязвим!
Или все-таки совпадение…
Хотя какая разница? Значение имело лишь то, что Рино сорвался.
– Рино, нет! – только и успела крикнуть Мира.
Но он ее уже не слушал, не слышал, ярость взяла свое. Он вспомнил, как много у них уже отнял один инопланетный уродец, и захотел отомстить второму. Он атаковал так, чтобы причинить серьезный вред, настоящую боль – он, может, думал, что этого будет достаточно…