сь со мной Лиса и подсела за мой столик, на ее подносе лежали овощи и аппетитный кусок мяса с картошкой, запах стоял просто великолепный, но мне кусок в горло не лез, поэтому, я просто ковырял свою еду вилкой, теряясь в собственных мыслях. - О чем задумался? - Да так, обо всем понемногу. Мы немного помолчали, однако, я видел, она явно сгорала от нетерпения о чем-то мне рассказать. - Ну давай, я слушаю. - Думаю, сейчас самое время заняться расширением границ! - На одном дыхании проговорила та. - Что? - Сам подумай! Безумные скрылись в своих ночлежках, а если кто-то и остался, то я справлюсь с ними! Я могу ходить в составе охраны во время строительства, это поможет людям перестать так бояться меня, я бы смогла укрепить свою позицию в обществе, если бы они увидели во мне защитника, Кремлевского имуна во всей своей красе! - И ты не боишься? - Недоумевал я. - А чего мне бояться? Выйти за стену? Вот уж бред! Между нами возникла неловкая пауза, я был немного шокирован тем, как спокойно Лиса говорила об этом. - Ну уж нет... Только не говори мне, что прежняя я боялась покинуть Кремль. - Ну... - О, Боже. - Она положила голову на руки, словно сгорала от стыда. - Твой внутренний голос говорит что-то об этом? - Нет, сейчас она молчит, я вообще не разбираю, как это работает. В смысле, я не могу сама достучаться до нее, когда мне надо что-то спросить. Но, я, почему-то, уверена, что о прошлой жизни она знает не больше меня. И еще... Тот поцелуй... Я... - Прости меня, Лис, это было как-то спонтанно, не знаю, что на меня нашло. Возможно, я был просто рад, что ты - это ты. - Но, я - это всегда я, разве нет? - Ты живая. А я очень боялся тебя потерять. - Значит, забили и забыли? - Да. - Я пожал плечами. - Нас ведь никогда не связывало нечто большее, чем просто дружба. - Думаю, ты бы сказал мне, если бы у меня здесь хоть с кем-то складывались отношения лучше тебя. - Она улыбнулась и опустила глаза на тарелку, ковыряя ее содержимое так же, как и я. Только теперь, еда и ей казалась не столь аппетитной, я чувствовал это, сам не знаю как. На послеобеденном совещании я озвучил свое предложение, но встретил шквал комментариев и не самых лестных отзывов на этот счет, некоторые из них доходили просто до абсурда. - Но у нас нет столько свободных солдат, чтобы обеспечивать защиту рабочих за пределами Кремля. - Сказал один из членов нашего собрания. - Мы можем пересмотреть расписание некоторых постов охраны, это не введет нас в затруднительное положение. - Ответил я ему. - Нет, это слишком опасно, переводить боеприпасы для расширения границ на неживых, которые никогда бы не дошли до Кремля! - Вступил в спор другой мужчина. - У нас есть Алиса, наш иммун! И она сама выдвинула свою кандидатуру на место в первых рядах по защите строителей. - Не уступал я. - Девушка не в своем уме. Еще совсем недавно она вела себя, как полноценный безумный, а сейчас уже посещает тренировки с неживыми! Выход за пределы Кремля может сильно раскачать ее психику! - Ответил мне кто-то, чьего имени я даже не знал. - Нет, она совершенно здорова, она освоилась и теперь... - Хватит, Тэмпл. - Вмешался Гусеев, наш главный врач, и, по совместительству, человек, который вытащил Алису из мира Безумия. - Ты же видишь, они тебя не слушают. - В зале повисла тишина, некоторые из собравшихся опустила глаза вниз, разглядывая свои руки, другие закопались в лежащих перед ними бумагах. - Но они послушают Президента. - Продолжил тот и кивнул. Меня переполнила тревога и еще одно чувство, которое я не знал, как описать. Ощущение того, что этот вопрос должен решиться сейчас или никогда. Я встал из-за стола и выпрямил спину, все взгляды были прикованы ко мне. Я знал, что тем самым, предаю соглашения между мной и Антоном Гусеевым, ну и пусть. Люди, состоявшие в совете, всегда считали меня лишь отголоском своего отца, тот был сильным человеком, властным, но меня они не ставили с ним даже в сравнении, пора положить этому конец. - Значит, я выдвигаю свою кандидатуру на выборы Президента Москвы. Обежав глазами собравшихся в зале, я увидел, что для некоторых из них, это стало значительным ударом, кто-то снял очки и молча убрал их в футляр, я не знаю, что это был за жест, но он почему-то насмешил меня. И лишь Гусеев сидел каменным выражением лица. Думаю, на этой ноте, наше собрание можно было заканчивать, поэтому, я просто вышел. Покинув зал и пройдя еще пару метров вдоль коридора, я вдруг почувствовал, какой прилив адреналина испытал, у меня так бешено колотилось сердце, что пришлось опереться рукой на стену и немного отдышаться. Такого со мной не было даже тогда, когда я застрелил Алексея Ивашкина - бывшего Президента города Москвы. Я направился в комнату Алисы с надеждой, что она будет отдыхать там, почитывая очередную книжку из библиотеки, и, к моему счастью, она действительно этим и занималась. - Ты поступил правильно! - Поддержала та меня. - Они должны знать, с кем имеют дело. - Я не уверен, что осилю это. Ведь, если меня не выберут, то я окончательно потерплю поражение. Лиса непонимающе нахмурилась. - С чего ты взял, что проиграешь? Честно говоря, ты основная шишка в этом совете, на тебе вся армия, и они знают это, они боятся тебя. Я буду твоей главной поддержкой. И все солдаты будут голосовать за тебя. - Она улыбнулась и прикоснулась ладонью к моей щеке, по всему моему телу пробежало тепло, я посмотрел ей в глаза, они горели Безумием и искрами самой настоящей веры. - Мы возведем новые стены, потихоньку все близлежащие убежища будут перебираться под крыло Кремля. Установим новые порядки, новые законы, может даже Церковь присоединим к себе! Я впитывал каждое ее слово, как губка. Голос Лисы блуждал в моей голове и дергал за ниточки, все то, что она говорила, все эти планы действительно, довольно долгое время, уже заседали в моих мыслях, но теперь, я не был одинок, у меня была самая главная поддержка. Она была так прекрасна, так хороша. Я обнял ее и очень крепко прижал к себе, та не стала сопротивляться, наоборот, ответила на мои объятия, казалось, она растворяется в них. Это все, что мне было нужно.