— У нас не было возможности хоронить людей на определенной станции и приходилось выносить тела на улицу. Там их быстро растаскивали голодные звери. Мы оставляли себе две вещицы с тела погибшего. Одну для себя, другую на мемориал. А тем временем, нашим соседям все так же жутко не нравилось, что мы смогли присвоить уже третью станцию метро. Наше Убежище разрасталось, люди чувствовали себя в безопасности. Я хотела лично подать бумагу в Кремль о присвоении нам официального статуса. Пока Церковники не начали нападать. — Вы говорите о тех с кем я сражался? — Да. Это страшные люди. Отец Михаил… Он не совсем человек. Он словно монстр из самых глубин ада. Однажды они убили троих наших детей, что гуляли на улице. Среди них была моя дочь. Меня бросило в холод. Такое дикое хладнокровие для служителя церкви было для меня в новинку. Я понимаю, что многие из них после Вспышки немного (или много) двинулись мозгами, но чтобы настолько… — Я думала… — Продолжила моя собеседница. — Что лягу рядом с ними. Мне больше не хотелось жить. Сначала муж, теперь Найха… А потом она очнулась. — Баира резко замолчала. Она опустила взгляд и вновь поправила волосы. — Ладно, хватит на сегодня. Нам нужна твоя помощь, Кремлевский воин. — Послушайте, я безумно благодарен Вам за спасение, но у меня есть миссия. Я должен спасти подругу от сумасшедшего ученого и вернуть ее домой. — Ты пока не готов… Рана еще не полностью зажила. Да и мы не можем сейчас снабдить тебя провиантом…
В комнату ворвался мужчина, он жутко запыхался и не сразу смог что-то сказать. — Мать… Там… — Он все не мог отдышаться. — Прорываются. — На этом слове он рухнул на пол и мы увидели большой нож торчащий из его спины. Спасать мужчину было поздно, он умер. Баира молча выскочила из комнаты, я решил не отставать. Быстро надев одежду со стула я вылетел в узкий коридор. Кроме расположения ближайшего туалета здесь мне более ничего не известно, поэтому, приходилось ориентироваться на звуки, а уж их здесь было предостаточно. В какой-то момент я просто вылетел на улицу и яркий свет ослепил меня. Это был максимально глупый ход, ибо при себе у меня даже оружия не было. Однако здесь бойня была не на жизнь, а на смерть. Один здоровый прихвостень отца Михаила с огромным ножом мог одновременно сражаться с тремя мужчина из метровского Убежища. Казалось, что этим великанам любые увечья были ни по чем. — Артем! — Вскрикнула Баира. Я повернулся и в последний момент успел отскочить в сторону от одного из великанов, но ему это явно не понравилось. Тот зарычал и начал наносить своим тесаком удар за ударом, а мне лишь удавалось уворачиваться от них. Старая рана резко начала ныть и я машинально схватился за нее. — Ты-ы-ы-ы… — Протянул он. — Воин Кремля-я-я-я-я… — Вот черт. — Выругался я. — Я разрублю твое тело за смерть своих братьев. — Они не справились и ты не сможешь! — Выводил его я с надеждой на то, что эта махина разозлится и начнет тратить больше энергии.
У меня был явный плюс в росте и комплекции. Я мог предугадать его удари заранее, потому, как он был слишком медлителен, но вот сколько мне так бегать от этого громилы — было не понятно. — Ты сла-а-а-а-б… — Продолжал тот. — И безоружен. И никто не придет к тебе на по-о-о-мо-о-о-щь… И вот именно в этот момент вместо очередного удара ножем, тот вдруг схватит меня за плечо и рывком кинул на землю. На какое-то мгновение из меня выбило дух и я словил звездочки в глазах. Но потом, почти мгновенно, мое зрение сфокусировалось на занесенным надо мной тесаком. Я понял, что это конец. Как вдруг, ледяной тупой взгляд верзилы затуманился и я увидел тонкую кровавую струйку, что ручейком стекала по его лицу. Горячая кровь каплями падала на снег и прожигала его. Тем временем, мой предполагаемый убийца сам свалился с ног в полуметре от меня. Теперь на его месте стоял Александр. Что?
Он молча протянул мне руку и я не сразу сообразил… Это моя галлюцинация? Может я в Раю? Но с помощью его руки я поднялся, все еще не решаясь оторвать взгляда от лучшего друга. — Ты как приведение увидел. — Саша… Это правда ты? Он с явным непониманием посмотрел на меня, окинув взглядом, при этом, все тело. — Да уж… Видимо слишком многое ты пережил за этот месяц, раз уже не доверяешь собственным глазам. — С легкой улыбкой произнес тот. — Держи. — Он передал мне свой нож. — А то врядли сможешь убить хоть одного из них голыми руками. — Зря ты во мне сомневаешься. — Заулыбался я и почувствовал, что еще немного и заплачу от счастья.