Мы вдвоем накинулись на очередного здоровяка и окружили его в хоровод, к нам присоединилась одна из женщин убежища. — Снимите с него капюшен! — Вскрикнула она. И я сорвал. От яркого света громила на какое-то время потерял ориентацию и закрыл лицо руками. — Эй ты, мерзкая тварь! — Почти басом закричала женщина, тот убрал руки от глаз и она, в ту же секунду, кинула ему в лицо коктейль Молотова. — Это тебе за моего сына, уродец. Я впервые видел, как горит живой человек. Честно говоря, до этого момента, я вообще не был уверен, что эти твари живые люди. Его крик раздался на всю площадь и легко мог привлечь неживых, но лучше сражаться с ними, чем с этими монстрами… Мне кажется, он умирал самой мучительной смертью из всех. Такого даже врагу не пожелаешь.
После этого все затихло. Может остальные прихвостни отца Михаила сбежали, а может их убили, я не знаю, но на площади воцарилась могильная тишина. Я обернулся и закрыл рот руками. Казалось, вся земля пропиталась кровью и телами погибших. Где-то слышался плачь, с другой стороны крики, мимо нас пробежали двое мужчин с третьим под руки — с поля боя уносили тех, кого еще можно было спасти. Но все это было словно в тумане. Приглушенные звуки лишь эхом доносились до меня, от ужаса потерь я еще сильнее стал зажимать рукой рот, дабы не закричать. — Артем… Артем! — Пробивался в мое сознание посторонний голос. — Артем!
***
— Артем? Познакомься, это Найха, моя дочь. Девочка лет тринадцати застенчиво вышла из-за угла. На ней было темно-серое платьице и такого же цвета балетки. Черные спутанные волосы неряшливо падали на лицо, но малышка будто бы не замечала этого. — Найха, поздоровайся с ребятами, это Артем, а это Саша. — Здравствуйте. — Очень тихо и скромно произнесла девочка и сверкнула своими безумными глазками. Саша сделал полшага назад, я же стоял, как вкопанный и зачарованно смотрел на ребенка. — Мам, можно я пойду поиграю с друзьями? — Все так же скромно спросила Найха. — Конечно, милая. Мне не верилось, что этот ребенок мог в порыве злости расцарапать лицо и шею матери до шрамов на всю жизнь. И тут я впервые заметил, как Баира убирает волосы назад и собирает их в высокий хвост. Теперь, все ее шрамы были видны мне от и до. От удивления я даже немного открыл рот. — Когда Найха очнулась и я увидела ее безумный взгляд, то без малейших колебаний занесла нож над ее сердцем. Я не знаю. Наверное, я просто напугала ее тогда… Она вцепилась мне в лицо и начала рвать его. Когда ее оттащили я вдруг начала кричать, чтобы ее не убивали. Не знаю, что я тогда почувствовала, а может просто не хотелось, чтобы чужие руки трогали моего ребенка. А потом она начала плакать и извиняться. И я поняла, что моя дочь все жива, просто теперь она стала кем-то другим… Чем-то другим. Я тяжело сглотнул. Саша все то время сидел молча и зачаровано слушал рассказ Баиры. — Но это не совсем она… — Продолжила рассказчица. — Эта девочка с особым даром, ее кровь способна исцелить кого угодно и от чего угодно. Но взамен… Она словно отдала часть своей души. Найха начинает жутко злиться, когда кто-то трогает ее волосы, например… Я сразу вспомнил насколько спутаны они были. У меня и в голову не приходило, что это все побочка от иммунитета. — Я начала узнавать от приходящий людей про других иммунов. Их оказалось не так мало, как мы думали. Но не у каждого есть способность лечить своей кровью. К тому же, у более сильных иммунов развита определенная способность. Например, кто-то может управлять безумными, а кто-то людьми. Есть иммуны, которые не чувствуют боли, а есть те, у кого кожа не горит, словно пламя обходит ее стороной. Но есть и те, кому повезло меньше. В самом начале никто не стал разбираться, почему неживой человек разговаривает… его просто убивали… второй раз. — Мне жаль. — Наконец выпалил я, совершенно не уверенный, что ей нужны были эти слова.
***
Утром следующего дня нам более ничего не оставалось, как поблагодарить Баиру и покинуть наконец ее Убежище. — Я попрошу в Кремле, чтобы его признали законным. — Произнес я на последок. — Ты хороший человек, Артем. Я надеюсь, что вы оба найдете свою подругу живой и невредимой. Мы лишь молча кивнули в ответ.
— Сколько нам осталось? — Спросил Саша, смотря в даль. — Если мы не будем останавливаться, то к вечеру уже вместе с Дашей уже отправимся домой. — С надеждой в голосе ответил я.