Одно из устройств я установил в гараже-конюшне, для охраны и наблюдения за тайником: вдруг Громосеке поискать пойло приспичит. Устройство было оснащено датчиками движения и при появлении в конюшне живого существа, размером крупнее кошки включалась фотовспышка, делались снимки происходящего в нём и, жутким голосом громко объявлялось: «Внимание! Вы находитесь на территории охраняемого объекта! Немедленно покиньте его, иначе по вам будет открыт огонь на поражение!»
Кроме того, я установил оборудование для скрытой наружной съёмки. Оно состояло из видеокамер наблюдения и центрального приёмно-записывающего устройства.
Первая видеокамера «простреливала» дорогу от Замка до Храма. Она была установлена мною на крыше Замка. Вторую видеокамеру я установил на крайнем — от дома Лузера, дубе. Она снимала, всё, что происходит во дворе Лузеров со стороны Замка. Третью видеокамеру я установил на куполе Храма… Она снимала всё, что происходит во дворе у Лузеров со стороны Храма. Некрасиво, конечно, но бережёного Бог бережёт… Слишком высоки ставки, чтоб кому-либо на все сто доверять. Видеокамеры оснащены датчиками движения и, начинали снимать и передавать изображение, когда в поле их зрения начиналось какое-либо шевеление. Солнечные батарее позволяли видеокамерам действовать автономно длительное время. Изображение передавалось и записывалось на центральном приёмно-записывающем устройстве, которое я расположил в кабинете. Ёмкости его памяти должно хватить на месяц.
Все эти устройства предельно миниатюрны и, установлены мною так, что если специально их не искать, то обнаружить — практически, нереально… Включить и выключить эту систему слежки можно с помощью специального пульта, размером с автомобильный брелок.
В час ночи — с расчётом, что приеду на Волгу в пять-шесть утра, я двинулся в путь. Ночь была полнолунная — светлая, поэтому я ехал — даже, не включая фару велосипеда. С собой взял металлоискатель, кое-что из рыбацкого, еды на три дня — хотя и, рассчитывал наловить на Волге рыбы. Ну и, спальный мешок и складную китайскую палатку — на случай дождя.
Грунтовка старинного тракта поросла местами травой, но была на удивление ровной. В двадцать первом веке в России асфальт не везде был таким ровным. А, ноги мои от частых переносов тяжестей по лестнице верх-вниз стали на удивление сильными. Поэтому, я не ехал — а летел и, прибыл на место бывшей паромной переправы через Волгу, на час раньше запланированного, ещё затемно — уже в четыре утра…
Вообще, вся Солнечная Пустошь… То есть — «мои» здесь, в девятнадцатом веке земли, входили в Балахнинский уезд Нижегородской Губернии. Уездный город — Балахна, родина Кузьмы Минина. На западе же, Солнечная Пустошь граничит с Костромской Губернией — где и, находятся сёла Старшие и Младшие Починки. На севере — через Болота, а затем через Волгу — Вятская Губерния.
В этом месте, куда я приехал, посреди Волги находится — ближе к нашему берегу, узкий и длинный — километров на пять, остров. На нём раньше — по словам Лузера, жили паромщики, сейчас он пустовал. Ниже по течению Волги с Солнечной Пустошью граничили, так называемые — Приреченские Земли. Почва здесь для земледелия слишком бедная, поэтому здешние крестьяне больше налегают на рыбную ловлю, охоту, всяческие ремёсла и отхожие промыслы… Помещиков здесь нет, земли принадлежат казне. Выше по течению — болотистые и заросшие лесом земли, практически безлюдные, переходящие в Болота, откуда в тридцатые годы и будет прорыт канал в Солнечную Пустошь…
Забравшись в место, где меня не видно с дороги, я развёл небольшой костёр, разогрел сухпаёк, вскипятил в походном чайничке воду, заварил чай… Пока готовил и завтракал, по Волге проплыло в разных направлениях несколько старинных пароходов. Заснял все эти плавучие раритеты на видеокамеру.
Плотно позавтракав, я прилёг поспать до обеда. Потом двинулся дальше по грунтовке, ведущей вдоль Волги к Нижнему Новгороду. Один раз навстречу попался мужик, едущий по каким-то своим делам на телеге. Еле успел свернуть с дороги, вовремя услышав скрип деревянных осей его телеги — встречи с местными мною пока не были запланированы. Расслабился, блин. Хорошо, что мужик расслабился больше — спал, по-моему…
На велосипед был установлен счётчик расстояния… Проехав сколько надо, я свернул к берегу. Где-то здесь должен быть зарыт клад — шесть килограммов серебряных монет…
Два дня прошли впустую — не считая рыбалки, конечно. До обеда я ловил рыбу, после обеда до ужина искал клад. После ужина опять ловил рыбу… Где-то втайне, в глубине души, могу признаться себе, что я не так за кладом поехал, как порыбачить непуганую рыбу. И, не прогадал! Ловились такие экземпляры, которые я в двадцать первом веке только по телевизору или в интернете видел! Трех-четырёх килограммовые лещи и язи! Пятикилограммовые щуки! А, судаки какие! Даже, попался один небольшой осётр — килограмм на пятнадцать… Как-то раз, такое что-то «попалось» — что не смог от дна оторвать, сколько не пытался. Решил уже было, что зацеп — мол, за корягу или притопленное бревно зацепился… Но, тут «бревно» как дёрнет! Германская «плетёнка», толщиной ноль три миллиметра, не выдержала. И, это очень хорошо! В противном случае оторвались бы мои руки…