В более-менее приличном состоянии находился один Миротворец. Он, кстати, уже в памяти, начнём с него. Развязав, я раздел его до пояса… Ага. Точно, ребро ему Степан сломал, а я ещё добавил. Разорвав его же рубаху на полосы, я крепко — заставив выдохнуть, перебинтовал ему грудную клетку.
— Нормально! Жить будешь… Возможно, даже — долго. Если конечно, не помрёшь на днях…
Обнадёжив такими словами пациента, я перешёл к следующему. Это Первый… Тоже, вроде, приходит в сознание. Развязал… Осмотрел первым делом его ногу:
— Ну, бегать и скакать ты уже не будешь, но шкандылять потихонечку — вполне! Где-то месяца через три…
А, что с его рукой? …Ну, с рукой полегче:
— Рука, фигня, заживёт… Главное, ты топором ею поменьше махай — а, то вообще оторваться может!
Наложим шины из подручных материалов на ногу и руку… Первый Из Молодцов во время процедуры несколько раз вскрикнул:
— Что, больно? Ну, извини, обезболивающее я тебе колоть не буду… Ты же меня без обезболивающего зарубить собирался? Так? Так! Ну и, не обессудь…
Опять отключился. Ну, ни чё… Очухается — куда он денется!
Следующий Ферапонт… Ну, ему, как главарю, главе — так сказать, всё больше по голове досталось. Как говорил великий Мао: «Бейте по штабам!» Вернее, скажет… Посмотрим, чем я смогу помочь… Да ничем! Не помрёт — в смысле. Сделаю, только надрезы возле глаз — спущу кровь, чтоб опухоль спала. А то, ж не видит ни хрена, а видеть ему надо… Нос, естественно, сломан… Насуём ему тампонов в обе ноздри — чтоб нос выправить, а то он будет похож на хронического сифилитика с провалившимся носом… Как с таким носом по девкам бегать?
Ах, да! Кстати, насчёт девок: у него же, ещё промежность болит, по которой я пнул, в смысле яйца… Ну, извини! По мужским яйцам я не копенгаген. Тут узкий специалист нужен… Будем надеяться на могучий организм и его защитно-восстановительные силы!
Приступим, помолясь, к опросу свидетелей и «допросу» подозреваемых. Евдокия Лузер показала — что, как только они сели сегодня вечерять, эта троица сюда без приглашения заявилась… Несказанно удивились, увидев их здесь. Степан проинформировал вновь прибывших, что он человек барина и, что барин скоро прибудет… Согласились подождать. Степан, из вежливости пригласил их на ужин — те не отказались.
Пока всё шло мирно, но после ужина Михалыч, Громосека — то есть, стал при всех требовать чтоб ему налили. Пришлось ему налить. И, понеслось… Криминальное трио стало требовать, чтоб и, им налили. Степан налил, думал — отстанут… Не отстали — мало показалось. Допили всю водку, что была, давай рыскать по дому и пристройкам. Увидели много интересного… Давай все понравившиеся вещи выносить, несмотря на то, что Степан их уведомил, что это всё не его, а барское… Ну, а дальше — и, без слов понятно.
Короче, как обычно: во всём виновата водка, а страдают и отвечают люди…
Я отвёл Миротворца подальше от соучастников — чтоб не влияли и, политкорректно спросил:
— Ну, рассказывай, как на духу, за каким членом вы сюда припёрлись?
Из его показаний нарисовалась вот такая картина маслом: когда, те трое крестьян вернулись из усадьбы Генерала, на ушах стояла вся деревня. Неделю «героев» зазывали в каждую, практически, избу, угощали чем могли и просили рассказать про вернувшегося «Генеральского сынка». Кто-то верил, кто-то не верил — было даже несколько драк…
Окончательно поверили, когда узнали, что вернувшиеся привезли подаренные «Генеральским сынком» чудные вещи. И, после этого неплохо поправили свои дела! Селищёв — он же «Смелый», продал подаренную мной его сыну Ване — Мелкому, то есть, зажигалку, рассчитался со всеми долгами… Денег от продажи зажигалки, ещё хватило — чтобы съездить в город, хорошо там накупился, поправив хозяйство.
Степан… Ну, тот — Помельче, сын Матвея… Шустрого, то есть — экономно вылечив свою чесотку, принялся лечить чужие. Не за «так», разумеется — деньгами берёт или продуктами… Теперь к нему со всей округи чесоточные едут лечиться! Хватает и, на хозяйство и батьке Матвею на питие… Интересно, надолго ли тому, что Помельче, трёхлитровой банки мази хватит? Очень интересно…
Умнее всех поступил Анисим — это, тот что «Угрюмый»… Он без спешки уехал на две недели в город, не спеша продал там все пустые пластиковые бутылки, фантики и прочие упаковки. Вернулся на шикарной «заводской» телеге, запряженной парой крепких лошадей. И, ещё денег на «обмыв» осталось… Да, блин! В удивительное время я попал! Да тут — охренеть, как здорово! Подняться можно на нашем элементарном бытовом мусоре! Нет, ну как охренительно, то!