Этот, без преувеличения — «город», до шестьдесят четвёртого года находился в государственном управлении. Главным начальником Ярмарки являлся нижегородский губернатор, а непосредственно делами рулила, так называемая Ярмарочная Контора — в состав которой входили назначаемые губернатором директор с помощником, архитектор, секретарь, казначей и прочие официальные лица… В обязанности Ярмарочной Конторы входило: раздача казенных лавок в аренду торгующим, взимание платы за них и ремонт казенных построек, составление отчета о ходе торговли и торговых оборотах и, тому подобная текучка.
Непосредственно же делами Ярмарки, руководил зародыш самоуправления — Биржевой Комитет из выборных купцами купцов же.
В тысяча восемьсот шестьдесят четвёртом году произошла реформа — Ярмарка полностью перешла на самоуправление. Был учрежден Ярмарочный Комитет, состоявший из выборных от купцов. В него входили председатель Биржевого Комитета и его старшины, местный городской голова, директор Государственного банка, и управляющий Ярмарочной Конторой. Комитету была передана — для ведения, большая часть хозяйственных дел государственной Ярмарочной Конторы. Сама же Ярмарочная Контора не была ликвидирована, а продолжала заниматься сбором пошлин с земли, расходами по содержанию и ремонту ярмарочных сооружений и, прочей лабудой.
Чуть попозже, на Нижегородской Ярмарке начал функционировать еще один орган общественного управления — Собрание Уполномоченных с широкими правами избрания членов Ярмарочного и Биржевого комитетов, ходатайства перед правительством, как о нуждах ярмарки — так и, всей российской торговли.
Формально же, типа — английской королевы, руководство ярмаркой продолжал осуществлять его превосходительство нижегородский губернатор — на время торга, даже переезжавший в Главный Дом Ярмарки, где на втором этаже разметалась его вторая резиденция.
Многоотраслевое хозяйство этого «города» содержалось за счет купечества. Ярмарочные налоги к этому времени делились на четыре разряда: казенные — собирались ярмарочной конторой в доход государству, городские — в доход Нижнего Новгорода, для городских нужд, земские — в доход уездного и губернского земства… Ну и, «добровольные» — на содержание ярмарочного хозяйства. Всего собиралось более шестисот тысяч рублей — безумные по тем временам деньги!
Деятельность органов ярмарочного самоуправления по защите интересов купечества была достаточно активной — сам тому свидетель! Значит, русская торгово-промышленная буржуазия всё же оформилась в самостоятельный класс… Нет, а всё же интересно: а, чё в семнадцатом так лоханулись, то?! Фиг поймёшь…
Во главе ярмарочного комитета стояли известные в деловом мире предприниматели и общественные деятели, в основном, почему-то, не местные — а москвичи… В данный период времени председателем ярмарочного комитета был избран Савва Тимофеевич Морозов — русский предприниматель, меценат и благотворитель. Некоторые купцы, с которыми я на эту тему беседовал, называли Савву Морозова не иначе, как «купеческим воеводой».
И хотя, я и не был ещё знаком с ним лично, но этот человек стоит того, чтоб про него рассказать поподробней!
…Ему принадлежали хлопковые поля в Туркестане, лучшие в России рысаки Ташкент и Неяда и, слова: «…Я работаю, значит — я существую. Для меня очевидно: только работа расширяет, обогащает мир и мое сознание!»
Получив хорошее образование — сначала в Московском университете на физико-математическом факультете, а потом — в Англии, получив специальность химика-технолога, а заодно изучив состояние дел в британской текстильной промышленности, Савва принимает от тяжело заболевшего отца в управление одну из его мануфактур.
Он выписал из Англии новейшее оборудование для неё, причем сам его устанавливал и обучал рабочих. А главное — Савва изменил отношение к людям! На мануфактуре были отменены штрафы, повышены расценки, построены жилые помещения для рабочих, больницы, школы и, даже ясли. Более того, Савва Морозов сократил рабочий день до девяти часов вместо прежних двенадцати. Отец топал на него ногами, обзывал социалистом и прочими нехорошими словами и, пророчествовал, что Савва сломает себе шею…
Однако, вскоре он примолк: Никольская мануфактура заняла в России третье место по рентабельности производства среди всех фабрик и заводов страны. Морозовские изделия вытесняли английские ткани не только в самой России, но даже в Персии и Китае!