За неделю прибыло ещё с десяток семей — хотя, поток «переселенцев» заметно иссяк… Видимо, прослышали в округе, какие порядки я здесь установил. Да и, новый урожай крестьяне собрали и угроза голода немного отступила… В основном, из вновь пибывших, были вдовы с малолетними детьми, которым терять было уже нечего. Одна из них сообщила о том, что похоронила своего умершего от голода и жажды ребёнка на полпути сюда. Пришлось одного мужика из бригады «БАМ» отправлять на телеге, с запасом воды, по тракту собирать ослабевших. К счастью, таких оказалось не слишком много…
Через неделю где-то — может чуть попозже, Порфирий Аристархович — мой «шпион» через «гонца» предупредил, и ещё через сутки — перед самым обедом, заявился становой пристав из Балахны. На коляске приехал и, с ним два полицейского урядника верхом. Я как раз находился на полевых работах с «членами корпорации»… После взаимных приветствий и оценивающих взглядов, он неожиданно спросил:
— Говорят, Вы тут у себя коммунию устроили Дмитрий Павлович?
— Чегой, это?
— Коммунию, говорят, Вы тут устроили… Исправник велели-с разобраться.
— «Коммунию», говорите? …Не знаю, что там за «коммуния» такая, где объявилась — а я устроил так, что у меня мужики пашут, — и, поднеся ко рту мегафон, я заорал, — работайте ниггеры, Солнце ещё высоко!
К тому времени подопечные Му-му научились пахать на закреплённых за ним лошадях довольно таки хорошо — ровно, прямо, не дёргая их… И, тому стало реально нечего делать. К тому же времени, у «пахарей» лопатами, от усталости иссяк энтузиазм — вызванный «пряником» в виде доппайка. И, даже «наркомовский» стакан по пятницам, уже не мог воодушевить их на ударный труд во имя светлого будущего — которое я им обещал!
Да! Устали «члены корпорации» капитально — силой и физической выносливостью, эти крестьяне — ещё не отошедшие от голода, в лучшую сторону не отличались… Вот мне и, приходилось их опять подгонять и, даже — кое-кого по новой бить. Ну, а что делать? Пахать то, надо…
Му-му — от нечего делать, тоже подключился к этому благому делу. Он, мрачно ходил за крестьянами и зорко следил. Как только, кто-нибудь начинал волынить, щёлкал кнутом в непосредственной близости от задницы провинившегося. Причём, так мастерски, что мог кнутом порвать штаны, не задев тела… Но, задница после этого с час чесалась! Ну, а уж если — в самых запущенных случаях, по самой заднице попадал… Жуть, короче!
При этом Му-му — в отличии от меня, не делал разбора между мужиком и бабой, взрослым и подростком… Боялись его — пуще огня!
Вот и, сейчас — услышав в моём голосе недовольство, он защёлкал кнутом… Работавшие «ниггеры» задёргались, как ошпаренные, втрое увеличив темп вспашки.
— Да у Вас тут, уж точно не «коммуния»! — удовлетворённо крякнул становой, — скорее, рабство египетское, какое-то…
Он внимательно, оценивающе посмотрел на меня:
— А рабство у нас в Империи запрещено, Дмитрий Павлович! Как и, у вас — в Америке…
— Какое, такое «рабство»? Я их держу, что ли? — искренне-удивлённо ответил я, — кому не нравится — пускай проваливает, я никого не неволю!
— Ещё говорят, Вы у них имущёство отбираете…
— Кто, я? Шутить изволите, сударь — какое имущество может быть у такой рванины? Вы только на них посмотрите!
Становой не нашёлся, чего ответить… Я пригласил его отобедать со мной в Замке. После обеда с бутылочкой хорошей «американской» водки — выпущенной на московском заводе «Кристалл» в начале двадцать первого века и, разговора в доброжелательной тональности, я подарил ему авторучку и проводил восвояси… Будем считать, что мы расстались друзьями! Обошлось даже, дешевле чем я первоначально планировал! Я, то хотел сперва подогнать ему карманные часы — чтоб, особо не рыл. Ну, это я с перепугу, не иначе!
Глава 13
Большая рыбалка
Вроде как в переводе с языка древних индейцев вегетарианец — это «ху@вый охотник»
Наконец, ровно за день до начала «сезона дождей» всё, что было запланировано — хоть и, порой с грехом пополам, но было сделано! Успели, даже выкопать картошку с лузеровского огорода, хотя её по ночам хорошо потырили… Подозреваю, тырили все, но попались — с помощью всё той же шпионской видеокамеры, «скелетики». Пошёл и сделал им «отеческое внушение» — наорав на бедных деток и раздав им с десяток подзатыльников. Пообещал, что в следующий раз придёт Му-му с кнутом.