Я пожал плечами:
— Ну, можно назвать и, так… Строительство Петром Великим Санкт-Петербурга на невских болотах тоже некоторые называли авантюрой и аферой… Так, что? Пётр Великий — аферист?! А, Ваше Превосходительство?! Признайтесь честно: Вы считаете Петра Великого аферистом?!
— Кхм, кхм…, — прокашлялся Губернатор, подавившийся своим смешком, — ну, у Вас и аллегории…
— …Если Вы, не возражаете, то я продолжу…, — Николай Михайлович, устало махнул рукой, типа — давай, жги дальше, — на Болотах я буду добывать торф, а на Приреченских Землях, в районе старой паромной переправы построю электростанцию… Через линию электропередачи длиной свыше ста пятидесяти вёрст, я буду подавать электрический ток в Нижний Новгород. Это просто перевернёт жизнь города: как промышленность — так и, торговлю… Да и, частную жизнь горожан.
Вообще то, справедливости ради, В Нижнем — на Ярмарке уже была электростанция… На ней ещё Попов работал — будущий изобретатель радио. Но, даю на отсечение чью-нибудь голову — голову Лысого, к примеру, что по мощности она ненамного превосходит мой бензиновый силовой генератор. Если, вообще превосходит…
Губернатор постучал пальцами по столу:
— …Несомненно, авантюра…, — в этот раз мрачно, как будто в ком-то или чём-то разочаровавшись — а может, просто вспомнив свой личный опыт, сказал он, не глядя на меня, — пупок надорвёте, молодой человек.
— Ничего авантюрного, всё точно рассчитано, — разложил я перед Орлом новую кипу бумаг, — вот технико-экономическое обоснование…
— …Такого ещё не бывало, — бегло пробежав глазами бумаги, ответил он, — ни электрической станции такой мощности, ни такой длинной линии… Как, Вы сказали? «Электропередачи»? «Переменный ток»?! Авантюра, ох авантюра…
— Это, ещё не всё…, — новый ворох бумаги…, — из Болот я копаю канал и орошаю Солнечную Пустошь… Через десять-пятнадцать лет, у Вас будет новый уезд, а про голод Вы сможете забыть!
— …Как всё пунктуально, — пробурчал Губернатор, рассматривая чертежи да расчеты, — Вы случайно, не немец, Дмитрий Павлович?
— Да, пока Бог миловал! Да, это не мои расчёты, а Генерала — старого хозяина Солнечной Пустоши. Я, конечно, кое-что своё добавил, с поправкой на время…
— Понятно… Сколько, сколько Вы зерна собрались производить? — Николай Михайлович изумлённо поднял на меня глаза.
— Не помню точно… Да, там же всё написано!
— Да это же раз в пять, а то и, в десять — смотря год какой, больше чем вся моя губерния!
Я развёл руками:
— Это только первое время… А, на малое замахиваться — только руку зря отшибёшь!
Губернатор отложил бумаги в сторону, достал из коробки под названием «Maryland Doux», лежащий на столе, папиросу и сунул её в рот, пошарив по столу глазами в поисках, по моему, спичек… Не найдя, хотел уже крикнуть Штатского, но я догадавшись, достал из кармана пьезозажигалку, зажёг и поднёс Орлу под «клюв».
Губернатор очень удивился, но прикурил…
— Благодарю…, — сказал он, не сводя глаз с зажигалки.
Эх, видно судьба моя такая — дарить всем в этом времени зажигалки и спички! Положил зажигалку на стол и, придвинул поближе к его хозяину. Типа, дарю… Некоторое время Николай Михайлович с ней игрался, пока курил. Наигравшись, сказал:
— …Думаете, всё так просто, да? Выкопали тот канал и… Раз! Избавили Губернию навсегда от голода… Вот, теперь я точно знаю, что Вы из Америки приехали — а, то послушавшись своих жандармов, сомневался.
«Штирлиц понял, что был на волосок от провала…» Это я удачно к нему зашёл! И, главное, вовремя…
— А какие проблемы, Николай Михайлович? Что, в России запрещено зерно производить?!
— Да, не всё так просто…, — досадливо поморщился Губернатор, — очень всё не просто… Торговля хлебом… Как бы Вам объяснить?
— Попроще…
— Попроще? Да запросто! — Губернатор, почему-то повеселел, — если попроще, то: не суйтесь, Дмитрий Павлович. Производите свои автомобили, а в торговлю хлебом не лезьте!
Я сделал вид, что не понимаю… Тогда Орёл посерьёзнел и, перешёл на шёпот — перегнувшись через весь стол ко мне поближе:
— Торговля хлебом — под контролем очень, — Губернатор сделал большие глаза… Ну, уж очень большие! — ОЧЕНЬ влиятельных персон! Когда я во время голода пытался хлеб в Сибири купить — так, даже мне по рукам дали… Кое-кому выгодны высокие цены на хлеб!
— Понятно…, — в принципе я про то и, раньше знал.
Торговля хлебом для России в это время — всё равно, что торговля нефтегазом в моё время. Как бы отреагировали, например, «Газпром», «Роснефть» и прочие в моё время, если бы я самостоятельно начал бы добывать очень много углеводородного сырья? В таком количестве, что мог сбить цены? Через сколько минут, после того — как про то бы узнали, мне б оторвали мою самонадеянную головёшку?!