— А, какие у Трёх Толстяков основания — чтобы взять так и, просто Вас выгнать? — возмутился я.
В отличии от своих двух компаньонов, Герман не доверил руководство своей частью компании наёмному «топ-менеджеру», а управлял сам — держа Семёна Валерьяновича в своих заместителях по финансовой части. Я то, думал: после смерти брата, Главный займёт место Генерального… Место Германа, то есть. Долго ему, что ли, ещё в замах ходить?! Ладно, Герман держал Главного в замах, потому, что привык всё делать сам… А, Три Толстяка — его компаньоны, вполне могли Валерьяныча повысить. А, те его просто взяли и тупо выгнали и, наняли кого-то со стороны!
В крайнем случае, могли бы понизить в должности, дать работу, не требующую большой ответственности. Пускай бы человек до пенсии спокойно доработал. Он, практически ровесник Германа — чуть старше. По-моему, на пять лет… Всего то, ничего до пенсии осталось!
— Да, есть основание…, — Главный погрустнел ещё больше, — миллиард из резервного фонда пропал. Вы же слышали, наверное…
— Слышал. А Вы, то тут при чём?
— Ну, как это «при чём»? Кто-то должен за это был ответить. Вот, я и ответил — должность была такая, за всё отвечать…
— Насколько я знаю, этот лярд не был в Вашем распоряжении… Им рулили напрямую Герман и его компаньоны — Три Толстяка. Причём, взять хоть рубль из этого резервного фонда могли только они все вместе — ни по одному, ни вдвоём… Только, все вместе — втроём!
— Кто-то нашёл способ! — развёл руками Главный, — если сильно что-то хочешь, то найдёшь способ как…
Он, что-то знает!
— Кто? Кого-нибудь подозреваете?
Главный посмотрел мне прямо в глаза:
— Я не следователь, чтоб подозревать. Я из бухгалтеров, если Вы помните. А у нас, бухгалтеров, всё строго: факт, только факт и ничего кроме факта… А фактов у меня нет, значит, и подозревать я никого не могу!
Он и, вправду: даже, своё прозвище — «Главный» Валерьяныч получил оттого, что поначалу был главным бухгалтером в компании брата. Так и, представлялся: «Главный бухгалтер». Потом он стал замом, «бухгалтер» отвалился, а «Главный» остался…
— …Так, мало того, что выгнали, — перешёл на шёпот Главный, пока я осмысливал услышанное, — так, ещё и, преследовать начали… Чуть, было не убили…
— Как это? — не поверил я своим ушам.
— Очень просто… Послали за мной трёх… Хорошо, что нашлись добрые люди, предупредили. Пришлось, вот, бежать! Квартиру московскую бросил…, — семьи то у Главного, никогда не бывало.
— Так Вы, Валерьяныч, в бегах? — опять не поверил я своим ушам.
— Ну, а что делать? — Главный, в какой уже раз, развёл руками, — жить то, хочется! Неделю уже в Солнечногорске на снятой квартире живу… Вас, Володя, всё никак не застану.
— А, что правоохранительные органы по этому поводу говорят?
— Говорят: «Как только убивать начнут — звоните, мы приедем, поможем… А, каждого параноика полиция охранять не в состоянии…».
— Здорово!
— Формально, они правы. Фактов угрозы жизни нет… А, судиться из-за увольнения — дохлый номер. У них, у Трёх — как Вы выражаетесь, Толстяков, денег больше на судебные издержки, а у меня имеются кое-какие старые огрехи по работе — наличием которых и можно обосновать моё увольнение…
— Дааа… Ну и, дела в городе творятся! — если честно, то я растерялся…, — и, что собираетесь дальше делать?
— Поживу здесь, да дальше поеду… Куда-нибудь подальше. А, что мне ещё делать?
Тут меня, как обычно, осенило:
— А, хотите, Семён Валерьянович я Вас так спрячу — что и, сам чёрт не найдёт?
— Куда, это интересно? Туда? — Валерьяныч грустно посмотрел вверх, где предположительно было небо, с соответствующим царством…
— Рановато, ещё Вам — да и, нам туда!
Мной овладел необычайный энтузиазм: кроме чисто финансовых, Главному временами приходилось выполнять и чисто административные функции в компании брата… Это, надо ж, как удачно, то! На меня, такое ощущение, все звери в нужный момент бежали — сто раз, прав был Линь! Вот он — готовый зам Лузеру! Который его направит и поправит…
— «…Есть у нас ещё дома дела», Валерьяныч! В смысле, на Земле…
— Вы, Володя, можете найти какой-то выход мне из данной ситуации?
— Есть у меня, Семён Валерьянович, неподалёку отсюда одна деревенька, про которую никто не знает…, — очень серьёзно сказал я, — если, Вы желаете надёжно, на время сховаться — то лучше и, не придумаешь. Поживёте там с годик, глядишь — всё и, устаканится! А, заодно и, поможете мне немного — поработаете трошки…
— Кем я поработаю?