— Это, какие же «пять препятствий», Ваше Превосходительство?
— Извольте! …Как я слышал, автомобили очень требовательны к дорогам. Там, где лошадь пройдет, лишь слегка замарав копыта — колёса автомобиля завязнут и, он не сможет сдвинуться с места.
— Да, это так! Да я и, никогда не скрывал, — пришлось признаться, — говоря по совести, пока для автомобилей пригодны разве что некоторые городские улицы. Вся же огромная территория России была, есть и ещё долго остается законной вотчиной четвероногого транспорта. Но, не двести лет, Николай Михайлович! Лет пятьдесят и, своих лошадок, Вы можете смело отправлять на колбасу!
— Ну, хорошо… Насколько я знаю, автомобили очень капризны. Им нужен бензин, причем ещё не всякий и непременно чистый…, — ну, это ему явно мой Лошадёнок в уши надула про бензин — больше некому, — им нужны запчасти и воздух для шин.
Я, как можно строже, посмотрел на Наташу… Типа, ты что дискредитируешь? Она, скромненько потупив глазки, помалкивала — как будто её это не касается!
— Про бензин и запчасти отчасти верно! А, что у нас в стране с воздухом для шин?!
Слышал блин, Орёл звон — да не понял, где он! Но, не моргнув ни разу глазом, он продолжил:
— Автомобилю нужен опытный шофер и хороший механик! Где же взять у нас в России, всю эту инфраструктуру? Сама собой она не появится, а тратить на неё деньги никто не будет. Из-за этого, автомобилям суждено остаться игрушкой для богатой публики, совершенно неподходящей ни для работы, ни для ежедневных перемещений простого люда.
Надо отметить, что по понятным причинам, Губернатору я не рискнул показать свой «американский» фотоальбом.
— «Опытные» шофера и механики берутся оттуда — откуда берутся и, все остальные люди!
Я посмотрел на Наташу — она пунцово покраснела и попыталась встать из-за стола, чтоб выйти из комнаты…
— …Делаются из неопытных, путём их обучения! Деньги на их обучения найдутся, когда автотранспорт станет вопросом национальной обороны.
Наташа рассмеялась и осталась за столом…
— Хорошо! …Ваши автомобили опасны, Дмитрий Павлович! — не унимался Орёл, — Они едут сами по себе: там, где лошадь остановится или перешагнет через упавшего человека, автомобиль без колебаний собьёт и задавит несчастного. Шофер же в таком случае только разведет руками: «Моей вины тут нет, автомобиль ехал сам!».
— Таких «шофёров» сажать будут! Или, выявлять идиотов ещё на ранней стадии и запрещать им водить любое транспортное средство, едущее быстрее деревянной табуретки! Хотя Вы правы, да… Жертвы, причём, очень многочисленные неизбежны! Но когда, скажите мне, человеческие жертвы останавливали технический прогресс?! Вот Вы, Николай Михайлович, моряк… Морские плавания были всегда опасны. Это, хоть кого-то, останавливало?! Вас, например? Когда это было, не подскажите?
— Хм… Пожалуй, никогда…
Орёл немного помолчал, видимо вспоминая свою бурную молодость.
— Ну, хорошо… А, что Вы на это скажите, Дмитрий Павлович: автомобиль является настоящим подарком для террористов! Если автомобилей будет много, им больше не надо будет подбираться к кортежу Государя Императора с бомбой в руках: достаточно будет начинить взрывчаткой автомобиль и направить этот импровизированный брандер к цели: к намеченному зданию или экипажу венценосных особ…
Какой прозорливый, а?!
— А, что мешает тем же террористам, «начинить взрывчаткой» обычную карету или любой другой конный экипаж? Можно подумать, до изобретения автомобиля, террористы пешком с бомбами в руках бегали…
Губернатор, снова задумался:
— Не, знаю! Может, взрывчатки у них столько не было — начинить целый экипаж?
— А, откуда она у них в будущем появится в таких количествах?
— Купят за границей — у Нобеля, динамит…
— А, что прежде не купили?! И, куда смотреть будет жандармерия — когда они покупать динамит пудами и тоннами будут?
— Есть в ваших словах резон, Дмитрий Павлович! …Наконец, как же быть с удовольствием от верховой езды? — вернулся Орёл, от террористов вновь к нашим лошадям, — неужели многие добровольно согласятся поменять живого, трепещущего под седлом могучего, верного коня на бездушную механическую куклу с поршнями вместо сердца?!
— А, вот тут я с Вами скорее соглашусь, Николай Михайлович! Хотя, сам я на лошади верхом никогда не ездил…
— Правда, что ли?! — всплеснула руками Наташа, — Вы никогда не ездили верхом на лошади, Дмитрий Павлович?!