— Давай так, Палыч: съездим ко мне, я тебе кое-что покажу, о кое-чём расскажу… Заодно — ты проветришься. Ну, а потом и поговорим. Ты как?
— Давай проветримся…, — не был против Опер.
— Ты пару дней продержись, пока я кое-какие свои дела сделаю, а потом двинем… Кстати, не в курсе по поводу расследования по убийству Германа?
— Не интересовался…
— Вот и, чтоб было чем эти два дня заняться, поинтересуйся. Связи то, остались?
— Остались, кое-какие…
Самого башлёвого московского нумизмата я ещё в прошлый раз прозвал Шнырём. Сам не знаю, почему. Просто посмотрел на него и, подумал: «Шнырь» — хотя, ничего такого в том не было. Очень вежливый и интеллигентный человек лет пятидесяти…
Шнырь, очень долго перебирал золотые и серебряные монеты, как с генеральского клада — так и, с московского. Да и, с того — самого первого клада, я добавил наиболее ценные…
— Двести пятьдесят тысяч долларов, наконец, объявил он.
— Сколько?
— …
— Да, одна вот такая монетка не так давно на аукционе в Лондоне была продана за полмиллиона фунтов!
— Так, в чём же дело? Съездите в Лондон и устройте там аукцион…, — равнодушно пожал плечами Шнырь.
В принципе, ожидаемо… Но, всё равно, обидно. Я сидел напротив и, молча «ел» глазами Шныря. Чё б, такое придумать?!
— А я поеду в Киев и загоню эти артефакты Бене! Он, хоть и, еврей — но, даст за них хотя бы поллимона!
— Вы знаете Беню? — Шнырь, от чего-то, заметно занервничал.
Ага! Не ждал конкурента!
— Не просто знаю, а имел с ним неоднократно дело! Просто, сейчас Бени нет в Киеве, а лететь на Кипр вот с эти, — я показал на лежащие на столе монеты, — не стоит, палево… А, мне срочно нужны бабки. Но, я могу и, подождать, на крайняк!
Шнырь молчал, как в рот… Набрал.
— Да мне куда выгодней закопать эти монеты в землю в консервной банке, а потом откопать и объявить, что нашёл клад. Как в «Бриллиантовой руке»…, — засмеялся я, — по любасу, двадцать пять процентов — премия от государства, больше ваших двухсот пятидесяти «косарей» будет!
— Вы не сильно торопитесь? — наконец, открыл рот Шнырь, — можете полчаса посидеть в этом кабинете, пока я кое-куда схожу?
— Полчаса посижу…, — в животе неприятно заныло, как в далёком детстве, перед получением звездюлины, — только учтите: о том, что я пошёл к Вам знают три человека и один из них — бывший мент, «важняк»!
— Бывших ментов не бывает…, — на ходу, сквозь зубы процедил Шнырь, выходя.
Вместо него в кабинет вошёл охранник и встал у дверей. То ли сторожил меня — чтоб я с монетами не убежал, то ли охранял кабинет от меня — чтоб я ничего не слямзил… Сиди вот теперь и, гадай! Самое главное, что никто об моём походе к этому нумизмату и, не знал: в прошлый раз всё благополучно пролезло — вот и, в этот раз я на то же надеялся… Самонадеянность! Она, как и жадность, не одного фраера сгубила…
Однако, вопреки некоторым опасениям, Шнырь через положенные полчаса вошёл один, охранник вышел и, разговор продолжился:
— Четыреста косарей зеленью! — реально накинул он. Ого! Базар реальный пошёл!
— Четыреста пятьдесят! — скинул я.
Шнырь, очень внимательно посмотрел на меня и перешёл на «ты»:
— Поговорку про фраера и жадность знаешь?
— Знаю. Но, я — не фраер!
— Ладно, договорились… Дам тебе за них четыреста пятьдесят. Только сегодня у меня таких денег нет. Приходи завтра в пять вечера…
— Но и, монеты я завтра принесу… В пять вечера.
— Да, за ради Бога! А тебе не очково с ними по нашему криминальному городу двигаться? Вдруг, хулиганы какие? Или, гопники? Может, тебе охранника дать? До дому проводить? А завтра сюда сопроводит?
«Что-то у вашего охранника рожа, как у того самого „гопника“!»
— Да, не! Не надо… Ваш то, и охранник мне на один присест, не говоря уже про хулиганов и гопников.
— Ну, как знаешь…
— …Ещё вот, что…, — перед уходом, я добавил ещё одно условие, — мне деньги перечислением надо…
— Перечислением? — Шнырь опять занервничал и, забарабанил пальцами по столу, — куда?
Он выглядел обескураженным. Что-то такое намечалось, без сомнения!
— На мой депозитный вклад до востребования, разумеется. Да, там — делов, то: пойдём в ближайшую сберкассу и, ты там положешь на мой счёт деньги — а, я отдам тебе монеты.
— И, на…? И, на кой тебе такие заморочки?!
— Да, очкую я что-то…
Шнырь, с минуту барабанил пальцами по столу… Знакомая мелодия. Шансон, что ли? Из Михаила Круга, по-моему: «Что ж, ты фраер, сдал назад…» Однако, попал я в …издоворот! Вот, это «нумизмат»! А на первый взгляд производил впечатление вполне интеллигентного человека!