— Не заматывайте тряпками — пусть на свежем воздухе подсыхают…, — посоветовал им и смазал их ожоги специальной — от ожогов, из своего времени принесённой мазью.
Потом осмотрел котёл…Мама, ты моя родная! Картина Репина, называется: «Приплыли…»! Как только сам пароход не разнесло к чертям!?
Ну, чё делать? Назвался груздём — так, пищи, но лезь в кузов! Ничего! Глаза боятся, а руки делают…
Первым делом, наскоро ознакомился с чертежами котла, попутно получая пояснения от присутствующего здесь судового механика… А, фигня война — в моём времени любой сантехнический бойлер сложнее!
Провёл переноску в кочегарку судна и настроил там электрическое освещение от заведённого бензогенератора…
С помощью команды разобрал — к тому времени уже остывший котёл, с помощью обоих «левшей» и Самоделкина зачистил рваные края болгарками… Собрали вместе — стали варить… Сам я варил без отдыха наиболее сложные и ответственные места, «левшей» — подбирающих за мной то, что попроще, по очереди менял — давая каждому по два часа покемарить.
Однако, да! Они оба уже сваривают достаточно хорошо для людей, менее года тому назад, вообще не имевшими никакого понятия про электросварку! Однозначно — таланты!
…Хорошо, что во время «технологического перекура» обратил внимание! Один из пароотводящих патрубков был так изувечен, что здесь на месте я его отремонтировать не смогу…
— Малыш, родной мой! Возьми мою «Хренни», заправься «люксом», смажь солидолом тормозные колодки и, давай газуй изо всех сил в Солнечногорск! Найдёшь там Виталия Петровича — ты его знаешь, пусть срочно выточит вот такую хреновину…, — и, я дал Малышу злополучную деталь, — как только выточит, дуй с нею сюда — да так, как будто за тобой черти гонятся!
Малыш кивнул и рванул, как перепуганный…
— Стой, блин!
— ???
— Про тормозные колодки я пошутил — остальное в силе!
Малыш, так резко сквозанул, что я даже не успел удивиться…
…Уже, практически заварили, а Малыша всё нет и, нет! Я то и, то — весь испереживался, а купец — вообще… Того и, гляди за борт кинется! Пока делать нечего — устранил ещё кое-какие мелкие неисправности, потом присмотрелся повнимательнее… Итить, твою!!!
— …Чё, за дела? — спросил я у механика судна, поймав того в укромном уголочке и, не забыв дать ему под дых — для большей коммуникабельности, — почему у вашего котла предохранительный клапан проволокой обвязан?
Механик к такому обхождению явно был не привычен и потёк, как пластилин на радиаторе отопления:
— Ик, ик, ик…. Дык, сам старпом приказал! Мы так завсегда делаем! Чтоб поднять давление в котле — хозяин больно сильно торопился!
— Так и, хозяин в курсе?!
— Ну, да! Сам и, приказал… По сто рублей каждому обещал, если придём в срок…
— Вы, хоть понимаете, сидоры, что натворили?!
Стоит, хлопает голубыми брызгами:
— Вы же одного человека убили и двух искалечили… Козлы — никак иначе, тебя вместе с капитаном, со сторпомом и с вашим хозяином и, не назовёшь!
Но, на «козла» в этом времени не обижались… Ну и, чё делать? Права качать? Так нету здесь никаких прав у тех бедолаг, которых эти уроды убили и искалечили в погоне за своим барышом…
Тьфу, ты блин! Знал бы — хрен связался, б…
— Ладно я понимаю: купец Барышников — барыга, старпом, по ходу — просто лоцман… Оба они в железяках ни бум-бум. А капитан, так вообще — просто место на мостике занимает… Но, ты то! Ты — технически образованный, же! Твоя же рожа, обезображена интеллектом…
Механик бессмысленно лупал мимо меня гляделками…
— …Ты же не мог не понимать, что делаешь и чем рискуешь! Порвало б, котёл чуть-чуть посильнее — утонул бы пароход…
Может, так попробовать? Конечно, ничего не воротишь, никого не излечишь и, тем более не воскресишь… Но, может в дальнейшем — если не думать, так хоть бояться будет!
— …Так Ерофей Кузьмич и капитан со старпомом, всё бы на тебя — придурка, списали б! Все свои убытки…
Ну, вроде побледнел — кажись дошло. Мозгаклюевские психологические штучки-дрючки хорошо действуют — особенно, если «пациента» сперва — перед «зомбированием», напугать до полусмерти! Нет, ну что за… Что за дебилы живут и, работают механиками и инженерами в этом времени! Долбоё… Тут я вспомнил про Чернобыль и, мысленно прикусил язык…
…Прилетел взмыленный Малыш на дымящей — как сбитый самолёт, «Хренни». Кажись, писец движку!