Потом я заметил, что Левша стал куда-то, по ночам пропадать… От него, после возвращения попахивало табаком и водкой… Один раз, вообще — вдрызг привезли! Заказчики стали жаловаться — пошёл брак! Репетиторы жаловались — на уроках спит! Непорядок! Теряю ценного кадра… Нанял двух воспитателей: одного из татар, другого из староверов. Нанимал, отбирая из претендентов с помощью Женьки:
— Ни чё мужики… Авторитетные для молодняка! Я их, пожалуй, потом в свою школу возьму.
Коротко проинструктировал «воспитателей»:
— Нанимаю на пять лет… Буду платить вам по пятьдесят рублей в месяц… Ну, это так — голый оклад. Если с подопечными всё в порядке, то в конце года плачу ещё столько же, то есть — годовой оклад!
Несколько узковатые татарские глаза стали идеально круглыми — как циркулем нарисовали!
— Но, будет и, ещё премия: если в течении всего срока — пять лет напоминаю, у ваших подопечных не будет крупных залётов, то при расчёте дам каждому из вас денег на дом и хозяйство!
Татарин буркнул что-то там, про Аллаха, типа — велик он, а Старовер истово закрестился двумя перстами:
— Глаз не спущу! У меня не забалуют!
— Ну, сильно то, не усердствуйте! Любая строгость должна быть в меру…
— А пороть то, можно?
— Пороть? Можно, но лучше не надо… Без моего личного разрешения — никаких телесных наказаний!
— А, как тогда?!
— Крутитесь, я за что вам деньги плачу?!
Дело с «Электрогефестом» пошло так хорошо, что я специально нанял — по рекомендации Племяша, приказчика заниматься сварочными заказами и, вообще коммерческой стороной этого дела.
Это меня настолько «разгрузило», что я наконец-то, я смог полностью взяться за свои — непосредственно организационные дела…
…В середине августа на «Железоделательном заводе» была торжественно открыта «Школа рабочей молодёжи» и, чуть попозже — «Воскресная школа» для взрослых. В жандармском Отделении немного покрутили носом от таких названий, но ни чего не сказали… И не запретили. Там у меня всё схвачено!
В «Школа рабочей молодёжи» должны будут учиться дети работающих у меня рабочих. Все, без исключения! Это и, в контракте, то есть — в условиях найма, который всяк подписывал, нанимаясь ко мне на работу, было русским языком прописано… Ещё в контракте было сказано, что отучившиеся у меня, в моей школе дети, обязаны будут у меня пять лет отработать — заниматься благотворительность я не собирался! Без этого — без согласия на эти условия, на мой завод на работу не принимали. С утра дети учатся, после обеда помогают своим отцам. Предполагалось ещё — для окончивших «Школу рабочей молодёжи» устроить «Заводское техническо-ремесленное училище»… Но, это на «потом».
В «Воскресной школе» учились пожелавшие учиться взрослые. Для стимуляции этим — пожелавшим, давались некоторые послабления по работе: в частности сокращённый на два часа рабочий день — при той же зарплате, плюс раз в полгода по две недели оплачиваемого отпуска для подготовки к экзаменам.
Правда, обе школы испытывали жутчайший голод преподавательского состава… Особенно, по рабочим профессиям. Опытные рабочие наотрез — вплоть до угрозы увольнения, не желали обучать чужих ребятишек. Как я понял — опасаясь конкуренции за рабочие места, со стороны ими выученных… Вот, такие дела! И, как тут быть и, что делать, я — с наскока, так и не смог придумать.
Ну ничего, со временем всё наладится!
На «Железоделательном заводе» также была открыта столовая для рабочих, где могли пообедать они сами и их, учащиеся в «Школе рабочей молодёжи» дети… Причём, за сущие копейки! Столовая была, довольно таки роскошно отделана, расписана лучшими нижегородскими художниками. Сразу видно для людей, а не для скотов. Такая чистота! Работяги, поначалу заходили туда разинув рты и робко по сторонам озираясь…
Кроме того, неподалёку от «Железоделательного завода» был заложен четырехэтажный многоквартирный дом со всеми удобствами. С водопроводом, центральным отоплением от заводской котельной, горячей водой — оттуда же и, даже унитазами в туалетах! Унитазы в России ещё не производились и, их я намеривался закупить за границей.
Именно для молодых — перспективных рабочих предназначался этот дом! Инженеры имеют такие оклады, что сами свободно купят или снимут себе, практически любое жильё в городе… Комнатёнки, правда в этом доме будут небольшие и, потолки — два сорок, как как в советских «хрущёвках».