— С хлебом напряг. Из Солнечногорска два раза в неделю привозят… Но, не хватает!
В Солнечногорске недавно заработал первый мини-хлебозавод. Но, не на полную мощность и, качество пока… Короче, оставляет желание быть лучше. И, это ещё мягко сказано!
Рассевшись, все уставились голодными глазами на меня… Ну, я уже у курсе: как самый главный, хозяин — даже, я обязан прочитать молитву. Я её уже успел наизусть выучить:
— А, что? Все собрались?
— Все. Строители обедают вторым потоком.
— Ну, тогда — с Богом…
Я скороговоркой прочитал соответствующую случаю молитву и, в воздухе замелькали деревянные ложки и раздалось громкое, почти синхронное чавканье — как будто кормится стало… Ну, простой народ, же! Никто его «хорошим манерам» не учил! Не пердят вслух — и, на том спасибо… Стал кушать и, я.
На первое был какой-то необычный холодный суп… Ммммм… Вкусно!
— Что это? — спросил я у Линя.
— Мурцовка…, — ответил тот, уплетая за обе щёки.
— «Мурцовка»? — слышать то, слышал…
— Русский холодный суп…, — Генша объяснил более информативно, — похлебка из воды или кваса, в которую накрошен хлеб, яйца, лук.
— Кто готовит?
— К рыбакам на неделю, по очереди их бабы приезжают…, — ответил Линь, — Ну и, моя старушка здесь постоянно живёт — она за старшую стряпуху.
Какая-то семейственность получается — а, это не есть хорошо!
— Надо будет и из ваших кого-нибудь натаскать готовить, — обратился к Генше со Спецом, — не таскать же повсюду — по полям будущих сраже… «Охот», его «старушку»!
— Потихоньку всех натаскиваем…, — ответил Генша, — а, чтоб специально кого-то… Нет, не будем!
— При необходимости можно будет кого-нибудь из вольных нанять, — поддержал его Спец, — а это — не тот контингент, Шеф!
— Ладно, вам виднее…
На второе была жареная рыба… Тоже, ничего — очень вкусно!
Хрен с ней, с этой «семейственностью»! Надеюсь, наглеть не будут…
Ну и, на «третье» — жиденький чай… Правда, с сахаром. Ну и, правильно — рано им ещё чифирить! Да и, дорогущий он — чай, то есть, в этом времени!
…Покушали… С нашего стола убрали посуду и понесли мыть бабы, а со столов «отморозков» — они сами. У каждого, как мне объяснил Генша, свой индивидуальный комплект посуды. Как, прочем и, белья и всего прочего… Каждый должен сам мыть свою посуду, стирать и чинить свою одежду.
— Пускай привыкают — «в поле» у них ни официантов, ни прачек с портнихами не будет…, — объяснил Генша.
— Ладно, хорошо… Что там дальше у нас по расписанию?
— После обеда — двухчасовой отдых…
— Вот, как хорошо вы придумали!
Я вспомнил свою учебку — с этим делом, там — ну, просто дурдом был! Самая неотложная и тяжёлая работа, обязательно находилась именно в послеобеденное время!
— Конечно, пускай покемарят после обеда — по русскому обычаю… А, боеготовность?
— Дежурная артель продолжает нести службу — караул и хозработы! — уточнил Спец.
— Отлично! Враг не дремлет — надо быть всегда начеку! Пока подопечные отдыхают, пойдём-ка мы с вами посовещаемся…
«Посовещаться» собрались в летнем штабном домике… Ну, неплохо они тут устроились! Камышовые кресла, более-менее приличный стол, широкие лавки вдоль стен…
— Тоже, летом здесь спим…, — вот, без всезнающего Генши я бы не разобрался, где они спят летом!
С полным осознанием своего права, я опять уселся во главу стола и, спросил:
— Ну, рассказывайте, как вы добились такого взаимопонимания с «отморозками»? Я, если честно, махнул на них рукой — лично мне не мешают и, ладно!
— Просто ты, Дмитрий Павлович, времени на всё не имел, — ответил Пацан, — а мы конкретно этим занялись.
— А, поподробнее?
— Поговорил по душам — как со всеми разом, так и с каждым по отдельности… Евгений Васильевич, кстати, хорошо помог! Объяснили, что у них три пути в этой жизни: первый путь — гнуть спину на кого-нибудь чужого богатого дядю в поле или на фабрике. Второй путь: в тюрьму и на каторгу — что для них, с их замашками наиболее вероятно… Или же третий путь: быть в «вольной артели» «вольными» рыбаками и охотниками!
— Естественно, они выбрали «вольную артель» — кто б, сомневался… Никакого противоречия не замечаете?
— А, чтоб стать «вольными» рыбаками да охотниками, надо пройти специальную проверку — мы же в «вольные охотники и рыбаки» кого попало не берём! Только настоящих мужиков, после суровых испытаний…
— Начинает доходить…
— Ну, а чтоб те «испытания» пройти, надо специально в особой рыбацко-охотничьей школе отучиться — иначе не пройдёшь! Ни в жизть!