…Забегая несколько вперёд, скажу, что это моё деяние дало неожиданное продолжение: со всех окрестностей и, из-за их пределов, бедные родители стали привозить в Солнечногорск своих «лишних ртов»… Мозгаклюй проводил «кастинг» юных талантов — и, если «чада» проявляли способности — (а где вы выдели ребёнка, вообще без способностей!), то принимались в интернат, а их родителям платили «откупные» и бралась расписка в присутствии свидетелей, что «претензий не имеют». Ну и, договор соответствующий заключался, что берётся ребёнок на обучение ремеслу в течении пяти лет, с последующей обязательной десятилетней отработкой…
Осовремененная форма древнего рабства? Ну, а что делать?! А что мы знаем, вообще, о древнем рабстве? Может, оно было вообще не таким, как мы его представляем, а? Или, вот… Когда, человек начала двадцать первого века берёт кредит на ипотеку — не напоминает ли, это тоже рабство? Вам не кажется?! А, такой вид современного рабства, как пресловутые «гастарбайтеры»??? То-то!
Не сахар, короче, здесь… Нет, не сахар! Так, что темпы увеличения населения Солнечногорска и всей Солнечной Пустоши за счёт приезжих, резко сбавились. Вот только рождаемость, всё набирала и набирала обороты…
…Что ещё сказать, об чём рассказать? Ах, да!
Ферапонт, как я только начал платить работникам «Корпорации» живые деньги, потирая руки, открыл в Солнечногорске и Приболотном Посёлке ещё пару своих лавчонок… Чуть позже посетивший Солнечногорск и Солнечную Пустошь Клим Сапрыгин, приказчик моего Прадеда-Племяша — если кто забыл, хорошенько всё разнюхав и посовещавшись со своим хозяином, тоже быстренько «отгрохал» у меня три «Супермаркета»… Это я так в шутку назвал! А Клим воспринял всерьёз и над каждой этой убогой лавчонкой повесил вывеску с таким названием. Это дало попаданцам повод лишний раз поскалить зубы… Ничего, ничего… Будут у нас ещё и, супермаркеты!
Ферапонт прибежал ко мне жаловаться на откуда ни возьмись конкурента…
— Ну, извини…, — сделав постное лицо, развёл руками я, — препятствовать торговле — это значит, нарушать закон. Тут я бессилен! Придётся тебе честно конкурировать…
Видя его кислую рожу, я немного позлорадствовал: были уже сигналы, что Ферапонт начал потихонечку борзеть от своего «монопольного» положения и, «несколько» завышал цену… Руки мои просто до этого дела не доходили. Теперь до этого «дела» дошла «незримая рука рынка» — словами наших либерастов-рыночников, эпохи ранней, средней и очень поздней перестройки!
Итак, ровно в середине сентября, прямо перед «сезоном дождей», мы с Наташей и Сатрапом выехали в Нижний Новгород и занялись подготовкой к свадьбе… В основном.
…В Нижнем, я как и положено, попросил у Орла — то есть, у Нижегородского губернатора Баранова Николая Михайловича руки его племянницы и получил согласие и благословение… Венчание и свадьбу назначили на конец ноября. Всё это мероприятие должно было проходить в два этапа: венчание в Солнечногорском Храме и там же свадьба — для сотрудников «Корпорации USSR». Затем, едем в Нижний и, здесь тоже свадьба, на которую приглашены уже всё нижегородское купечество, чиновники и просто желающие…
Расходы намечались такие, что я озабоченно сказал Лошадёнку:
— Дорогая! Напоследок гульнём — попрощаемся с «холостяцкой жизнью», а потом до самой гробовой доски — режим жёсткой экономии! Ты, как? Согласна?
— Как скажете, милый Дмитрий Павлович! — и, она впилась мне в губы, — …я надеюсь «режим жёсткой экономии» не распространяется на авиацию? Ведь, верно?!
— Да, нет! Что ты! Как можно! — чёрт бы её побрал, эту авиацию! И дёрнуло же за язык, меня тогда про неё заикнуться?! — как можно покуситься на святое?!
Конечно, можно было бы вообще без свадьбы обойтись…. Но! Положение обязывало. Я уже стал общественной фигурой — хоть и, всего лишь губернского масштаба и меня б, просто не поняли б… Тяжело, конечно понять — сам, когда-то не понимал всех этих понтов. Чтоб понять — надо самому стать «олигархом»!
…Свадьба свадьбой, а про дела я не забывал! Ближе к декабрю на «Железоделательном заводе» прошли испытания моей приспособы для производства болтов и гаек крепления рельсов друг к другу, что я запатентовал в Питере во время «командировки».