— Может, вмешаться? — спросил наедине Женька.
— Погоди! И, так уже навмешивались — «домой» возвращаться страшно! Пусть события развиваются своим естественным путём! А мы посмотрим, что из этого получится. Так, даже интересней…
— А за державу не обидно?
— Как не обидно… Обидно! Но, ничего не поделаешь: вмешайся мы, не вмешайся, но технологически более развитый Запад на этом этапе нас всё равно обскачет. На этом этапе! А мы только лишний раз засветимся… А, оно нам надо?!
Вообще, очень жаль, что с Поповым так получилось… Чёрт меня тогда дёрнул!
…Кончилась эта эпопея с «беспроволочным телеграфом» таким образом: Орёл, по ходу, обладал пробивной силой африканского носорога! Поэтому не прошло и месяца, как флотские испытания пошли чередой — одно за другим. На одном из них побывал и, сам Государь Император — пока ещё живой Александр Третий! Это, тот — который, сказал: «Пока русский царь удит рыбу — Европа может и, подождать»! Как я его, как рыбак — рыбака, понимаю! Недолго ему — бедолаге и, уже недолго Европе ждать осталось…
А Великий Князь Алексей Александрович — генерал-адмирал, то бишь, лично взял новоявленное чудо под своё личное покровительство… Во, капусты нарубит! Не сгореть бы от зависти…
Флотские начальники, первым делом, сразу же всё это дело засекретили… Да, так — что и, меня от него отстранили, дав «откупных» в размере аж, тысячи рублей! Невиданная щедрость, если учесть, что в реальной истории самому Попову вручили всего сто… По ходу, именно последнее обстоятельство помешало развиться у меня комплексу лоха последнего!
В Кронштадте была организована «Электротехническая лаборатория» при Минных классах, начальником которой и был назначен Попов. Короче, всё вернулось на круги своя — но, на несколько лет раньше и, в более продвинутой форме…
…Засекретить то, наши флотоводцы засекретили — да вот только самого Попова оставили жить там же, то есть у меня!
И, вот однажды одним томным вечерком, возвращаемся это мы с Лошадёнком с променада, с намерением поужинать и запрыгнуть в мягкую постельку… Смотрю, а наша отечественная научная гордость сидит за столом с каким-то господином иноземного обличия и премило с ним беседует! Причём, этот господин даже не пытается скрыть свой англо-саксонский акцент, а светило русской науки с непосредственностью электрического чайника, восторженно чертит перед ним какие-то схемы прямо на салфетке! Моей же автоматической ручкой ему — Попову, подаренной…
Ах, ты ж мать, твою! От последнего обстоятельства, мой разум вскипел возмущённо:
— Сударь! Вы, кажется, неприлично высказались при даме!
Мля… Опять я видеокамеру не прихватил! Не видать мне триллионов просмотров на «Ютубе»…
Пока господин изо всех сил пытался осознать это новый для него поворот бытия, я схватил его за плечо:
— А, ну-ка прошвырнёмся, каналья, во дворик, где я научу Вас хорошим манерам!
Господин или сэр… А, может и, милорд — хрен их там на вид отличишь, особенно и, не возражал! Ибо я приподнял его, развернул и дал пинка коленом под зад в нужном направлении…
Уже во дворике Доходного Дома к господину милорду возвернулся — было, боевой дух его достопочтимых норманнских предков и, он попытался встать в боксёрскую стойку. Однако, поздно! Я сильно пробил ему ногой по… Позже, это «Фаберже» назовут.
Подошедшему на кипеш обалдевшему дворнику я протянул рубль и сказал:
— Как только эта куча дерьма придёт в себя…, — я посмотрел на «кучу».
«Куча» пыталась шипя, сквозь зубы материться на языке Хемингуэя, которого я очень сильно уважаю… Причём, по моему адресу!
— Вызовешь извозчика, вывезешь в лес и прикопаешь ЭТО где-нибудь под деревом… Понял? Ну, да тебе же не впервой! Только, это… Не под берёзкой. Не испогань!
Окончательно охреневший дворник задумчиво зачесал своею «граблей» бороду, но догадался бодро ответить:
— Сделаем, Ваш Бродь, не сумлевайтесь!
После чего «куча дерьма» оперативно — на полусогнутых и вприпрыжку, нас покинула.
Задумчиво мявшему в руках целковый дворнику я сказал:
— Ладно, оставь себе! Детям, что купи…
Дворник этот, кстати, габаритами и силой ненамного от моего Му-му отставал!
Как я только вернулся в гостиную, как Александр Степанович на меня возмущённо накинулся: