И это было возможно с той силой, которой он обладал.
С Гаэль-Тарой, созданным чтобы стереть цивилизацию и положить конец всему.
Метирон снова улыбнулся, спросив.
- Как насчет этого? Справедливое предложение, правда ведь?
Было ясно, что Метирон пытался выиграть время, пока Гаэль-Тара съестоставшиеся спутниковые крепости и окрепнет.
И Хансу решил подыграть ему.
Поскольку иначе он не смог бы убить этого парня.
А он должен был, во что бы то ни стало убить Метирона.
И ему нужно поучаствовать в игре Метирона для того, чтобы восстановить выносливость.
Хансуманипулировалклинком сути Дракона в его тело, восстанавливая свою выносливость и обратился к Метирону.
- Все таки это кажется немного несправедливым. Слишком велика разница в числе.
Метирон улыбнулся и хихикнул.
- Несправедливо? Это действительно несправедливо. Я потерял людей,которые были драгоценны для меня, а ты потеряешь только тех, что сейчас у тебя под ногами.
- ...
- По крайней мере, я знаю имена 271 человека, которых ты убил и даже знают имена членов их семей. Разве одно это уже не делает меня лучше тебя? Ты хоть знаешь сотню из сотен тысяч этих людей?
Они были ему как семья.
Люди, которые доверяли ему и пережили более десяти лет бок обок с ним.
Хансу и ухмыльнулся при этих словах.
- Как насчет этого? Еще не слишком поздно, познакомиться с ними после того, как мы здесь все уладим. Вы хоть знаете, сколько людей погибло в этом месте, пока вы тут игрались в семью?
- ...Хе. Судя по всему у нас нет причин и дальше болтать.
Хрусть
Метирон не смог сдержатьгнев во время разговора, и собрал силы в руке.
Звеньк!
Семь разноцветных огней, собрались из окружающей среды в руку Метирона.
А затем.
Буууум!
Луч, которые до этого разнес всю защиту Хансу, снова выстрелил из левой руки Метирона.
С даже большим количествомманы, чем раньше.
В этот момент.
Бууууум!
Хансу также сконцентрировал укрепление демонического Дракона и силы клинка эпидемий в копье, а затем ударил в копье семи нитейполномочием разрушения кольца Нурмаха.
В таком узком коридоре не было никакой возможности увернуться.
И в отличие от пятерного луча, копье семи нитей было сделано из света, поэтому у него не было слабых мест.
Ему нужно было уничтожить его аналогичным количеством энергии.
Шарах!
Вмгновение,когда копьеХансу и свет столкнулись.
На удивление, Копьё согнулось до точки разлома, от света, у которого вообще нет массы.
Усиление демонического Дракона сдуло ветром,а споры Клинка эпидемий сгорели.
«Как я и ожидал».
Хансу взмахнул копьем извернувшись теломв сторону от надвигающегося навыка, на столько, на сколько это было возможно.
Навыки Хансу были лучшего качества.Но уровень мастерства и объем маны были не в пользу Хансу.
Поскольку противник использовал навыки, которые достигли верха мастерствада еще и обладал огромным количеством маны, лучоттолкнул Зигзагообразную молнию и врезался в Хансу.
Чиииик!
Тело Хансу подвергшись воздействию света, начало гореть, но Хансу стиснув зубы и шагнул вперед, против луча, который остановившись, ломал и сжигал его тело.
Он знал, что он не мог соперничать с силой умений, что он должен доверитьсясвоему чрезвычайно сильному телу, защите и бесконечному количеству выносливости.
Буууум!
Метирон громко рассмеялся в сторону Хансу, который ломился к нему как носорог.
- Хахахахаха! Как насчет использования Нефрита уничтожения?
Но Хансу проигнорировал его слова, и продолжил двигаться вперед.
Если нефрит уничтожения в действительности бы работал, так как он говорил, то Хансу не стоило его беречь для особого случая.
Поскольку проблема с мудрецами имела хоть какое-то значение, только тогда, когда они были живы.
Но если создатель этоготаил ненависть по отношению к мудрецам, он бы наверняка приготовил что-нибудь способное справится с нефритом уничтожения.
СоздателемНефрита уничтожения был Кармен, он легко сможет подготовить что-нибудь способное справиться с ним, тем более, если учесть что он был мудрецом, чей ум,в отличие от людей, увеличивалсяс каждым годом.
Если эта штука была создана, чтобы противостоять мудрецам, то нефрит уничтожения не будет работать против этого существа.
«Это может сработать, но... я не могу сделать столь огромную ставку».