«Чертовы ублюдки. Вы должны сами решать свои дела». Но было общеизвестно, что жители королевств и Империи не могут ступить на Земли духов. Иными словами, как бы паршиво игроки себя не чувствовали, единственное, что им оставалось, – убить этого парня.
— Хмм… — Хансу мгновение раздумывал над ситуацией, а затем захихикал.
Хрусть
Шея игрока была сломана и он исчез в золотом свете…
Вушшшш!
…а Хансу огляделся вокруг. Кратеры и осколки льда. И россыпь артефактов. Не с каждого игрока падали вещи после смерти, но они всё прибывали и прибывали, а Хансу всё убивал и убивал их, поэтому дроп постепенно накопился.
— Прошло уже 3 дня, как они начали преследовать меня, хмм...
3 дня Хансу шинковал этих придурков, пытаясь отыскать в Землях духов дорогу к реализации благословения айнов. Согласно сигналам символа на его груди ему следовало перебраться через горную гряду, высившуюся вдали отвесной стеной. Ожесточённый буран свирепствовал над этими скалами, с одним благословением путь через них ему не осилить. Но, так как Мудуселла не стала бы требовать невозможного, должен быть способ перебраться через горную гряду. Однако он так и не увидел никакой дороги. А значит, оставалась последняя возможность.
«Под землёй», — пробормотал Хансу, глядя на мерзлую твердь под ногами. Хотя она была покрыта снегом и льдом, неизвестно насколько глубок снежный слой: «...Придётся использовать Копьё девяти драконов».
Хансу сжал копье и драконы начали медленно появляться и обворачиваться вокруг острия. Один за другим, пока не набралось семь. Тогда Хансу постучал по земле, но что там в глубине, понятней не стало, то есть драконы могут сработать, а могут и не сработать. Но Хансу направил остриё в землю, остановившись на семи драконах, так как в худшем случае ему ещё предстоит бороться с игроками, даже когда удастся пробить себе путь. В такой ситуации, когда кто-то всё время норовит ударить в спину, слишком рискованно использовать навык с такими тяжелыми побочками, как у полного Копья девяти драконов. Честно говоря, было бы разумнее вернуться в Крепость войны за подкреплением и взять в провожатых айнов, вместо того, чтобы прорубать путь вслепую.
Но Хансу только холодно рассмеялся и приготовился стрелять: «Похоже, вам нетерпится, а?» Облава, организованная королевствами и Империей, была слишком затратной для простого удовлетворения самолюбия и мести. Это означало только одно – дело было не в самом Хансу, а в том, кто и куда его послал. Конечно, это не могло не радовать: «Давайте посмотрим, что вы здесь прячете…»
— Вон он! Убейте его!
— Чертов ублюдок!
Хансу посмотрел в сторону высоченной отвесной скалы, облепленной толстым снегом, и увидел несущихся к нему игроков, но лишь холодно улыбнулся и выстрелил копьем в землю черным шариком, созданным из семи драконов.
Буууууумм!
Хотя вечная мерзлота была невероятно твёрдой, она не могла противостоять Копью девяти драконов. Раздался оглушительный взрыв и Хансу провалился в пробитую шахту вместе с осколками льда и водопадом растопленного снега. Прямо в темноту.
Вуушшшш!
Хансу, который медленно начал падать в бездну, использовал оставшуюся ману, чтобы атаковать вверх, и его спуск ускорился. И игроки начали ускоряться, когда они видели это:
— Вот ублюдок! Сам себе вырыл могилу! Дождёшься у меня!
— Ты, грёбаный!…
3 дня преследования превратили тело Хансу в окровавленное месиво. Его мана истощилась от постоянного использования затратных навыков.
Хансу пожал плечами, глядя на спешащих к нему игроков:
— Вы, ребята, тоже получите шанс использовать его, если вам повезет.
— Э? — но только один из игроков остановился прямо на обрыве, услышав неожиданные слова Хансу...
Ррррооккот!
Весь снег, скопившийся на горной гряде, с грохотом начал скатываться вниз, создав гигантскую лавину.
— Срань господня!
— Уaaaa! Бегите! — игроки начали орать, видя несущуюся к ним лавину.
................................................
Дзоооооннн
«Этот крысёныш…» — Тиамет сидел с закрытыми глазами посреди Арены белого дракона, держа в руках Кол Ранкаль. От гнева его пальцы так сжались, что послышался треск. Хотя божественное оружие не могло сломаться, эти звуки показывали, как сильно огорчен Тиамет:
— Он действительно раздражает, хах. Прямо, как ты сказал.