—Что тебе нужно?— В усиленную расу не закладывалось уважение к людям. И хотя Тиамет чувствовал, что если пожелает, может спокойно хамить гражданам, но по отношению к этому человеку такое поведение не казалось ему правильным: «...Может это потому, что он создал меня». Не понимая своих чувств, Тиамет решил пока придержать их, пока не разберётся, что к чему. Не было никаких причин для Непаллема разговаривать с ним вот так, один на один. Даже если Тиамет принадлежал к ограниченной серии усиленной расы, его собеседником был уникум среди 70 миллиардов людей. Слишком разный уровень значимости.
«И мы в его личном пространстве... Он даже остальных ТМТ оставил снаружи».
Самый пентхаус башни, откуда можно было любоваться на весь город. В этом таинственном месте не бывал даже Акамель. Идеальное личное пространство без единого записывающего устройства.
Буль
Непаллем, улыбаясь Тиамету, налил две чашки чая:
—Я хотел побеседовать наедине. Ну, как тебе эмоция любви? Хотя, может, так далеко пока не зашло.
Тиамет был как громом поражён его словами: «Любовь? То, что я чувствую?» Но затем Тиамет усмехнулся про себя: любовь?
— В серию ТМТ не заложена функция подыгрывать вашим шуткам. Пожалуйста, найдите кого-нибудь другого.
Непаллем улыбнулся:
— Что ты хочешь сказать? Неужели ты спустился в подземелье, просто чтобы послушать оскорбления? Ведь ты знал, что этим кончится, не так ли? Но что-то непрерывно зудело? Во-о-от здесь, — Непаллем похлопал его по груди.
Тиамет нахмурился и настороженно спросил:
— Ты поэтому назвал меня особенным? — Даже если Тиамет и правда чувствовал что-то по отношению к гражданину, маловероятно что одно это как-то выделяло его. Пусть не во время боя, но у усиленной расы сохранялось право на эмоции, и даже его серия в повседневном режиме могла испытывать чувства от случая к случаю. Представители серии ТМТ просто вели себя бесстрастно, потому для них демонстрация эмоций была бессмысленна – они были рождены для битв и их эмоции всё равно исчезнут, как мыльный пузырь, стоит им вступить в бой.
Но Непаллем ухмыльнулся:
— Ты особенный не из-за этого. Есть и другая причина.
— ...? — Тиамету стало любопытно. В чем же состоит его отличие и почему этот удивительный ученый Непаллем так заинтересован в нем. Но только он собирался выяснить...
— [ТМТ-17. Вот новые приказы и сопутствующие данные. Откройте канал, чтобы я мог отправить их.]
— . . . — Тиамет нахмурился, услышав голос Акамеля через чипсет.
............................................
Рокот
Тун
Мудуселла едва закончила возвращать систему в исходное состояние…
— [МСЛ-17. Вот новые приказы и сопутствующие данные. Откройте канал, чтобы я мог отправить их.]
— ...?— получив сообщение, Мудуселла была серьёзно озадачена. Разве было что-то, чего она не знала о плане? «И... сообщение передаётся не мне одной», — Оно было отправлено каждому представителю усиленной расы, не только всем МСЛ.
Мудуселла растерянно начала читать данные, гадая, к чему такая экстренность и секретность.
И вскоре…
Вздрог
— <Вау. Эти ублюдки по-настоящему безумны.> — брови Мудуселлы задёргались, пока дух внутри неё ругнулся.
— ...Они решили бросить всех граждан 3-его класса? Все 20 миллионов?
Они не просто собирались бросить их. Согласно этому плану... каждого оставшегося человека ждёт неминуемая смерть.
Мудуселла была крайне потрясена, продолжая читать данные.
Глава 286. Звезда трансцендентности (часть 2).
Тиамет шокировано смотрел на полученные данные.
Кодовое название: "План миграции человечества". Смысл приказов был прост: граждане 1-ого и 2-ого класса должны экстренно подняться на борт космического корабля, построенный за горным хребтом. Кроме того, были множественные четкие инструкции для усиленной расы по предотвращению различных ЧП в ходе миграции. Но ни слова о гражданах 3-его класса.
Тиамет спросил Непаллема:
— ...Что это значит? Разве мигрировать будут не все?
Непаллем улыбнулся:
— Почему ты спрашиваешь ученого вроде меня? Я отвечаю только за создание вас и Духов. Принятие решений – прерогатива Акамеля и остальных важных персон.
Тиамет замер с отвисшей челюстью. Даже если бы у Акамеля и компании выросли крылья, им никогда не достичь высоты, на которой находился Непаллем. То есть, для реализации любых идей Акамелю пришлось бы сначала представить их на суд Непаллема и только с его одобрения он мог бы что-то предпринять. И теперь он должен поверить, что Непаллем ничего не знает об этой чертовщине?