От слов Хансу НКаронил Рон удивлённо посмотрел на него.
Хансу крутанул копьё в руке и сказал
— Изначально… Чтобы завод работал, нужна энергия, не так ли?
В конце его слов …
Копьё в руке Хансу завибрировало.
Лозы в центре планеты зашевелились
– Ахх. Какой позор! –
Один из членов Реюнион, Метионель, смотрела на корабли, которые методично с цинизмом уничтожались один за другим.
Они прилагали столько усилий, чтобы сохранить всего лишь один корабль в целости, даже в своём изгнании. Что говорить о более продвинутых кораблях Союза и Империи.
Метионель не могла не покачать головой.
Важнее всего не сила, которой ты обладаешь, а то, кто в данный момент твой враг.
В момент, как только они попытаются захватить хотя бы один из этих кораблей, все эти жуткие монстры могут стать их потенциальными врагами.
Они никогда не будут мириться с теми, кто сможет им угрожать.
– Да, если они быстро поднимутся, тогда… –
Метионель размышляла.
Даже если они будут с людьми союзниками, но их подавляющая сила… Рано или поздно могут вспыхнуть конфликты, эти пришельцы могут попытаться их полностью подавить.
Постепенно их позиции будут ухудшаться по мере того, как сила людей будет расти.
Но, по сравнению с Хансу и Михи, остальные словно куда-то спешили, спешили подняться выше как можно быстрее.
Как только эти монстры поднимутся, ей станет спокойнее на душе. Хоть их корабли и уничтожены, у них всё ещё есть солдаты Божественного Дракона. Да и верфи для строительства кораблей никуда не делись. Постепенно они смогут вернуться к былой силе.
– Тогда я смогу спокойно уснуть ночью. Что бы мне предпринять, чтобы нас не уничтожили до этого момента? –
Пока Метионель думала над будущим сосуществованием с пришельцами, она резко вздрогнула и посмотрела под ноги.
– …Черт! –
У Метионель было горькое выражение лица.
Прямо под ногами она чувствовала, как земля начинает вибрировать.
Это были вибрации не от кораблей, не от чего-либо другого, произведённого её цивилизацией. Эта вибрация была точно такой же, какую она ощущала совсем недавно.
– Это какая-то шутка? Я думала, что всё уже кончено! –
В тот момент, когда Метионель готова была разрыдаться и бежать куда глаза глядят…
Огромные столбы света вырвались прямо из-под коры планеты и устремились вверх.
Каждый столб света был на порядок мощнее и плотнее, чем то Божественное Копье, которое использовали Император Помпейон для разрушения огромного барьера.
Огромнейшее количество энергии, генерируемое Красным Нефритом, взмыло в небо.
– Какого черта?! Что происходит?! –
Мощные бесчисленные лучи света, устремлявшиеся куда-то в космос, сходились в одном фокусе и словно чем-то поглощались. Все лучи целились в один из двух спутников Ангкары – в черный спутник Каракал.
– …Что ты пытаешься ещё сделать? –
Метионель сглотнула вязкую слюну, смотря на яркий столб света, соединивший Каракал и Ангкару.
— Охх…!
НКаронил Рон не мог закрыть рот от удивления и шока, когда смотрел на то, что происходило перед его глазами.
– Мне всегда было интересно, зачем на поверхности симметричные кратеры – .
Из огромных размеров кратера в – потолке – , освещая гигантское помещение, спустился огромный поток света. И вся эта мощь ударила прямо в место, откуда произрастали все бесчисленные лозы загадочного растения. Луч пал прямо на корень растения.
Затем…
Черная земля, на которой росло это исполинское дерево, начала меняться. Словно железо в горне, земля начала приобретать ярко оранжевый цвет.
Но изменения на этом не закончились. Мгновенно энергия, распространившаяся в почве, начала втягиваться в само растение и распространяться, словно электричество, по всем лозам. Ветви начали преображаться.
Высохшие, увядшие ветви за секунду наполнились энергией и раздулись в несколько раз. Лозы стали испускать металлический блеск. А на их концах повисли сочные грозди плодов дерева.
Светоносные металлы начали увеличиваться в размерах, испуская металлический блеск во всех направлениях.
Как будто это были сотни сочных, вкусных сортов винограда, которые были готовы к уборке.
— Удивительно!
Увидев налитый соком и энергией плод дерева, нет, семя доспеха Божественного Дракона, Элиот не сдержала восклицания.
— Фьюх, ладно, иди сюда.