- Подтверждаю, - он пожимает ладонь и в поле зрения возникает иконка подтверждения договора. Висит пару секунд и улетает на периферию зрения.
Если он вдруг решить сбежать, а поймаю его и замучаю до смерти, репутация не порежется и статус преступника не получу.
На шлеме Котейки появляется смайл Обнимашки.
- Барм, уносим ноги, пока эти ребята не прибежали, - я показываю на приближающиеся со стороны Землероя силуэты в облаке пыли.
Запрыгиваем в ховер и рвем с места.
- Котя, можешь выяснить масштаб катастрофы. Не хотелось бы остаться без транспорта и тоже двигаться пешком, как воон те бедняги, - я указываю на вояк, приблизившихся к голове аватара.
Возникает смайл "ОК", Котейка уходит в переписку со знакомыми хакерами и изучение новостей.
- Барм, я отключусь на несколько часов. Присматривай за нашим новым другом, - говорю по радиоканалу.
- Буду начеку.
Пора сделать перерыв.
Глава 6. Валлерстайн
Отключение от Многомирья привычно вызывает легкий спазм всех мышц. Лежу неподвижно и пытаюсь расслабиться, надо просто подождать.
Едва только отпускает, встаю и начинаю спешно собираться. За минуту в душевой капсуле мощные струи воды с многокомпонентным шампунем смывают гразь, отмершую кожу и жир со всего тела.
Выбираюсь из душа, вытаскиваю загубник при помощи которого дышал, пока вокруг хлестала вода и пена. Вместо него вставляю капу, на щеку под ухом вешаю "прилипалу".
Чистка зубов беззвучна и вообще никак не ощущается. Робот же на лице легко щекочет мелкими присосками, при помощи которых перемещается к другому уху. Пара минут и я чисто выбрит и свеж дыханием.
Куртку придется оставить, как бы я не любил ее за управляемый микроклимат и адаптивность.
Визит официальный, плюс мой клиент человек весьма консервативный, поэтому выбора у меня нет - рубашка, пиджак, брюки, кожаные ботинки.
Смотрю на ладонь - пора выходить.
Как ни странно, Консерва не самое большое сооружение в мире, автоматические заводы занимают больше места, но если их отбросить - тут лидерство бесспорно.
Пока не будет построена "Восхитительность", Консерва будет удерживать свое место. И скорее всего, это затянется еще на несколько лет. Что-то с постройкой других плавающих островов не клеится.
Оринтируясь маршруту полученному от заказчика двигаюсь по галерее, добираюсь до знакомого выхода из зоны паспортного контроля, но поворачиваю строго от него и двигаюсь сквозь рабочую часть к центру.
Еще несколько минут и оказываюсь в зале метров тридцать в диаметре со сферическим потолком из стекла. Отсюда через несколько шахт видно яркое небо. В центре помещения - шахта лифта, мне - туда.
По обе стороны автоматических дверей замечаю детекторы скрытого контроля, замаскированные под стойки с кнопками вызова лифта.
От моего нажатия загорается подсветка, а число над проходом показывает все уменьшающиеся отрицательные цифры. Наконец, загорается ноль и из черного стекла впускают внутрь.
Мне на самый верх. Интерьер такой же минималистичный - стекляные стены, полированный металл поручней и сдержанная подсветка панели управления.
Лифт неспешно ползет, наверно, это сделано, чтобы действовать на нервы потенциальным бизнес-партнерам, пока они поднимаются в зал переговоров. Но на мне такое не работает. Не потому что я особенный, а потому что часть нейронов, отвечающих за эмоции погибла во время моих наркотических похождений. И теперь я иногда совершенно бесчувственный болван. На эмпатию это тоже повлияло.
Моя зависимость не вредила работе, в том смысле, что я не накосорезил упоровшись, просто не появлялся там по нескольку дней. Долго конечно так продолжаться не могло и однажды Спиридайон, мой босс и наставник, пригласил к себе и сказал вполне ожидаемые вещи. Он конечно ценит мой вклад в развитие и не жалеет, что сделал меня управляющим партнером, но больше покрывать меня не будет. Выбор тогда у меня был не велик - либо скромный для моего статуса золотой, или скорее с легкой позолотой, парашют, или ничего не значащая должность с мизерной по моим меркам зарплатой и полным отсутствием перспектив.
Не знаю, почему не взял деньги, наверно верил, что работа - это тонкая ниточка, которая удержит меня от падения в бездну. И ниточка не подвела.
Командировка на Консерву - что-то из ряда тех шансов, которые выпадают редко и не каждым может ими воспользоваться. Или Спиридайон снова в меня поверил. Открывающаяся дверь прерывает воспоминания.
Отчетливо пахнет сигаретным дымом. Сразу напротив выхода из лифта расположена стойка, за которой сидит мужчина средних лет с ухоженной бородой. За его спиной находится декоративная перегородка до потолка из вертикально установленных деревянных брусьев натурального цвета. Стена уходит в обе стороны вокруг шахты, по мере удаления, между брусьями появляются просветы сквозь которые видны панорамные стекла, которые пропускают дневной свет, но не вид снаружи.
Справа в паре метров поперек всего прохода стоит диван темно-красной кожи, слева путь свободен.
Сделав пару шагов, облакачиваюсь на стойку.
Референт поправляет длинные волосы, зачесанные назад, и глядя в пространство перед собой, очевидно сверяясь с виртуальным интерфейсом, говорит:
- Мистер Соколофф, вам придется немного подождать, - он отрывает глаза от только ему видимых изображений и указывает на диван. - У мисс Валлерстайн возникло срочное дело, она скоро освободится.
Разваливаюсь на диване, закидываю ногу на ногу и только собираюсь прикорнуть, как с противоположной стороны галереи доносится звук быстрых и тяжелых шагов. Из-за изогнутой стены появляется пожилой мужчина с лицом в безобразных шрамах и потухшей сигарой в зубах.
Не обращая внимания ни на меня, ни на помощника внимания, заходит в лифт, который так и не закрылся после моего появления. Изнутри доносится звук зажигалки и тихие проклятия. Двери закрываются, а референт облегченно вздыхает.
Я собираюсь подняться, но помощник останавливает меня жестом, даже не повернув головы в мою сторону.
Через десять минут или около того, он все же соизволяет посмотреть на меня.
- Мисс Валлентайн готова вас принять.
Встаю, поправляю пиджак и направляюсь в другое крыло галереи. Сразу же обнаруживаю лестницу, занимающую весь проход, со ступенями в виде гладких брусков угольно-черного металла, одной стороной уходящими в стену, а другой - свободно висящими в воздухе.
Поднимаюсь и оказываюсь в круглом помещении метров пятнадцати в димаметре, без каких либо стен. Только окна в пол по всему периметру и никакого намека на колонны и прочие несущие конструкции.
Слышу шипение воздуха за спиной, обернувшись вижу, как боковые огражения складываются и через несколько секунд на месте проема оказывается такой же покрытый темно-серым ковролином пол, как и во всем остальном помещении. Лишь несколько швов указывают, что это не сполошное покрытие.
Хозяйка кабинета и всего острова сидит у огромного белого стола, закинув на него ноги в красных джинсах и розовых кедах, и задумчиво смотрит на море.