Дора слышала нашу речь, а рогатые лишь прядали ушами. Командир Бурого батальона в лаконично — суровой форме отчитался по выбывшим солдатам. Несколько троглодитов арестовано за дисциплинарные нарушения и подвергнуто административной порке хвостов. Через трафарет на листе я подвел итоги по личному составу: в строю на сегодня мы имели 267 троглодитов, 11 гарпий, 23 демона, 9 минотавров, не считая Владык, и 6 медуз — фризеровщиц. В казематах — 47 заключенных за различные правонарушения. По исходу из Паялпана Таргон обещал часть амнистировать, остальных — казнить, чем всех несказанно воодушевил. В каком соотношении, интересно? Пленные иностранцы — 17 гномов, 4 полурослика, 3 гнолла — мародера. Последние — вредные, антиобщественные существа. Не желают сотрудничать со следствием, сидят в камерах и постоянно покушаются на здоровье своих охранников. Отпустили бы их домой, что ли. Все равно эти собакомордые бедняги не понимают нашего языка, а учиться категорически не хотят. Но Таргон не может отказать себе в удовольствии провести еще один допрос. Потом еще один. Люди обожают мучить маленький народец.
Закончив принимать рапорты, я направился Главный Ангар, но по пути к нему меня перехватил посыльный троглодит:
— Беда в Спонтусе. Пленник взбунтовался.
Без лишних вопросов я помчался со всех ног к вертикальной шахте. Открыл овальный люк, прыгнул на отполированный ладонями столб и заскользил вниз, пока ступни не уперлись в прохладную землю тюремного яруса. Выскочил в коридор и припустил к казематам. Вот — распахнутая настежь камера. Стул был вырван из креплений и отброшен в угол. Рядом валялась переломанная пополам столешница. Я услышал грохот со стороны дыбового кабинета и устремился к источнику шума. На пороге стоял Таргон, весь темный от ярости. Внутри наряд из пяти караульных тщетно пытался обуздать Махора. Охрана не была вооружена — ей предстояло лишь схватить задержанного, сковать кандалами и усадить на Трон Боли. Но тот двигался таким образом, что все время оказывался за спинами демонов. Жилистые, коренастые воины то и дело натыкались друг на друга и выглядели неуклюжими новобранцами.
— Да повалите же его на пол!!! — заорал Таргон.
— А чем они по — твоему заняты? — хохотнул Махор, подсекая под колено очередного стражника.
Тот рухнул на землю, а секунду спустя через его спину перелетел следующий боец. Махор двигался, как стремительный фиолетовый вихрь. Он заплел руки еще двум противникам и неожиданным рывком срубил обоих с ног.
Таргон не выдержал и сделал решительный шаг вперед:
— Ладно, пришелец, ладно. Я вижу, что твоя Увертливость на высоте.
— Двадцатый уровень! Почти максимум! — выкрикнул Махор, ударом ладони по затылку выключая последнего солдата.
— Хорошо. Теперь поглядим, как ты справишься с героем сотого левела, — Лорд Минотавр принял боевую стойку.
Я видел, как внутри него клубами раскручивается заклинание Школы Воды. Со стороны Гуенарганта вдруг донесся топот ног. Шум приближался. Через несколько секунд он стал слышен и для всех остальных. Оба великих бойца замерли, следя за каждым движением противника. Демоны торопливо расползлись в стороны, кроме одного, который до сих пор пребывал без сознания. Я с напряжением вгляделся в темноту, откуда начали проступать блики энергетических субстанций.
Впереди шествовал патруль из трех боевых минотавров в полном вооружении. Их двуручные топоры чиркали по камням стен. Сзади широко шагал Дилморон в компании Франка. От Доктора гуляющий по коридорам сквозняк донес до меня терпкий запах зелий — нейтрализаторов.
— Что за произвол здесь творится? — голос Франка возвысился до визга. — Я согласился вам помочь, предпринял рискованное путешествие, а вы подвергаете насилию моих спутников. В такой ситуации я отказываюсь работать! Это форменное беззаконие! Даже ваши враги не позволяли себе ничего подобного!
— Погодите, уважаемый механик, мы сейчас во всем разберемся, — попытался урезонить его Дилморон.
— Я надеюсь! — пробурчал на ходу Доктор, не поспевая за быстрой поступью нашего лидера. — Просто демократия какая-то!
— В чем дело, брат? — в обычно мягком голосе Дилморона сейчас звучала булатная сталь.
— Этот субъект очень подозрителен. На меня возложена ответственность за твою безопасность и данной мне властью я приказываю тебе не вмешиваться.
— Ты забываешься, кузен. Мне может отдавать приказы только Король Подземелья. И никто более. Немедленно освободи этого человека. И никогда, слышишь, никогда не делай в моем присутствии ничего, что бросает тень на имя и честь правящего рода!