— Однако, — ошеломленно крякнул Махор, опуская лук.
— Все назад! — рявкнул Таргон. — Пусть он умрет от равного.
Бурый батальон вновь навалился на шеренги врага, за которым оставались верхние ступени лестницы. Особенно неистовствовал Ноздрин, потерявший боевого товарища и наставника. А инфернальный рыцарь, хоть и остался в одиночестве, но удирать не стал. Ему тоже оказалось знакомо слово «честь».
— Далековато вы забрались от своих солдат, — подходя, заметил Таргон.
В его руке заиграл светом магических усилителей двуручный эспадон, который для минотавра сходил за одноручник.
— Как — то случайно вышло, — признался его противник. — Что уж теперь… Не с прославленным ли Таргоном я имею дело?
— Именно с ним. А теперь назови свое имя, мертвец.
— Я — Сабнак. Хранитель Второго круга Адского Пламени.
Таргон усмехнулся.
— Демон гниения из мифологии? Что же — по делам и прозванье. А остальное для меня слишком длинно. Ты готов?
Вместо ответа Сабнак нанес косой рубящий удар, который метил повелителю в шею. Таргон принял меч неприятеля на гарду и ее же тычком сбил инфернала с ног. Тот поднялся, выплевывая сгустки крови, и снова стал в позицию. Еще трижды лязгнули клинки, прежде чем с шагом назад Таргон росчерком острия словно простой папирус взрезал доспехи Хранителя Адского Круга. Сначала я подумал, что Сабнак не задет, но потом в рваную щель панциря ударила алая струя и инфернал, переломившись в пояснице, рухнул лицом вперед.
— Когда человек так падает, обычно ему очень нехорошо, — прокомментировал Махор, становясь по правую руку от Таргона.
Владыка, не говоря ни слова, выдернул из поясной сумки целебное зелье. Тут я заметил, что с левого бока его кольчуга потемнела от крови. Сзади послышался торопливый дробный топот, и мимо нас пронесся Дилморон во главе пятерки минотавров из личной охраны.
— Стыдись, кузен! — бросил он на бегу.
Я понял — молодой хозяин пенял брату за то, что про него забыли и не позвали на бой. Юношеский пыл и горячность. Мы, троглодиты, так не делаем. Почтение к старшим родственникам у нас сродни святым канонам раздела добычи.
— Прикрой его, Махор! — попросил Таргон.
Его голос слегка поменялся от сдерживаемой боли.
— Сделаем, без базара, — из ножен баркидца вынырнул тупоносый «Хайлэнд броадсворд».
Бывший нейтрал без раздумий устремился за Дилмороном. Не отдавая отчета в своих действиях, я отклеился от скалы и побежал за ним. Недоверие? Глупость — вот что потащило меня вверх по лестнице.
Перед воротами наши вовсю пластали адских собак. Мимо меня пролетел троглодит в расхристанном шлеме, еще несколько собратьев пали на площадке грота. Остатки инферналов сбились в плотную группу, ощетинились частоколом дротиков. Сзади подоспели бехолдеры и открыли огонь в упор, выцеливая мишени среди щитов и доспехов. Адовы слуги несли страшные потери, но, к моему изумлению, продолжали стоять. Внутри порядка прятался кто — то, заставлявший их держать строй и не отступать. Кто — то сильный. Но слитное построение прихвостней Инферно тут же распалось, когда камнем из пращи по ней ударила гвардия во главе с Дилмороном. Бывший придворный повеса, а ныне — боец Паялпана, с двумя боевыми топорами в руках остервенело рубил неприятеля, его стражники крошили врагов под стать хозяину. Ноздрин, получив подмогу, удвоил напор, и наконец инферналы не выдержали. Кольцо их строя распалось, и они бросились в бегство, подставляя спины под наши вилы и бердыши.