— Черт возьми…, — прошептал пораженный принц.
А лидер антимонопольного клана не унимался:
— Феодализм, капитализм, социализм. Детские сказки! Это всего лишь три соседних ветки на дереве под названием вещизм! Материальные блага и привилегии — вот наши идолы сегодня. Как скажите, можно построить общество будущего, если человек новой формации молится все тем же Богам красивых шмоток и предметов роскоши?
— Вы хотите анархии? Вам нравится общество кровожадных убийц? — с негодованием воскликнула Ниама.
— Да будет вам известно, милая девушка, что анархия есть наивысшая форма народовластия. А коммунистическая пропаганда превратила этот серьезный термин в синоним беззакония. Понимаете? Потому что анархия на тот момент была слишком серьезным конкурентом за сознание масс. На самом деле это — не махновщина, не Гуляй-поле, а форма народного правления, научно обоснованная, между прочим.
Я стоял, распахнув в изумлении рот. А где тот разбойник, который разговаривал на смеси всеобщего языка и вульгарного наречия? Это у него маскировка такая была?
— А дети? А стабильность? Почему дети не могут пользоваться благами, что создали предки? — не унималась демонесса.
— Именно! Вот они — благие мотивы нормальной женщины! Что и требовалось доказать, — палец Тахтура в обвиняющем жесте остановился напротив лба инферналки. — Для любой женщины — ресурсы очень важны, поскольку они дают ощущение безопасности для семьи и потомства. Это — инстинкт, с ним бесполезно бороться. Право наследования создает роскошь. Где великие цивилизации, которые погрязли в богатстве и стяжательстве? Ха — ха — ха!
Разбойник замахал ладонью, давая понять, что сейчас продолжит, лишь справится с приступом смеха:
— И потом, красавица, ты передергиваешь. Кто говорил о крови и насилии? Я имел в виду, что прежде чем приступать к новой, великой цели, нужно было поменять сознание. Людей необходимо было отвратить от стяжательства и направить на что— то более благое. Духовное развитие, науку. Что там пригодится в будущем? А общества изобилия — его не будет с прежней психологией. Никогда не будет. Много в Реальности миллиардеров? Мультимиллионеров? Ага. Десятки тысяч? А сколько из них отдали свои состояния народу, пустили их на благотворительность? Единицы? Теперь давайте сделаем допущение на погрешность в виде безумцев и фанатиков. Сколько останется? Не знаете? Ноль!!! Нельзя служить двум господам. Невозможно молиться Богу и мамоне. Это — Евангелие от Матфея, демонесса. По — моему, добавить тут нечего.
— Очень интересная теория, Тахтур, — промолвил Дилморон, подводя итог разговору. — Не все мне подходит, но я не забуду ваши слова. Обещаю.
Атаман лесной шайки протянул будущему монарху одной из планет Иггдрасиля руку. Принц пожал ее без колебаний.
— Вы сделали первый шаг к короне, — сказал разбойник. — Желаю вам успешно завершить свой путь. И мы, простые жители локации станем ждать — может быть, через некоторое время, над Овиумом повеет новый ветер и тучи рассеются.
Интересно, зачем баркидец «сдал» принца Тахтуру? Беды в том вроде бы никакой, но все-таки?
— Будущее покажет, — лик Дилморона был непроницаем.
На том и закончилась их беседа. Пока Махор пускал внизу дым из короткой трубочки, подаренной Тахтуром, мы изготовились к отъезду. Я еще раз быстренько оббежал палубы, чтобы предупредить народ о старте. Около кубрика команды бестолково толклись мои бурые соотечественники. А из — за двери раздался наполненный мучением стон. Я заглянул внутрь нашей маленькой казармы. Начкар Ноздрин лежал посреди помещения прямо на полу и тихонько поскуливал. И чем их там только поили?! Вокруг него суетился Мудрот:
— Не извольте беспокоиться, господин рогатый. Сейчас компрессик на лоб положим. Он все и вытянет.
Гном увидел меня и, наклонившись, доверительно зашептал:
— Только что изволили в сознание прийти. Не в духе проснулись, зеленокожих наружу выгнали. Говорят, что это от жабьего запаха их так корежит. Не выносят они сегодня троглодитский дух, просто не переносят. Ох, забыл совсем! — спохватился Мудрот.
Он залез за пазуху и достал маленький узелок из клетчатой материи:
— Для себя держал, но раз такое дело… Вот, понюхайте волшебный порошочек. Тут измельченная требуха прохиндея ушастого, помет летучей мыши…
— Ер — р — р — р — р! Бе — бе — ер — еррр!!!
— Ой, храни вас Иерарх, как же с души — то рвет. Оно ничего, оно потом полегшает…
— Марш отсюда, бездельник! — Ноздрин навел на меня кроваво — красный, полный страдания глаз. — Поглумиться пришел, Гонзо?