По ходу дела мы с парнями обсудили последние события, пришли к общему мнению, что идеальным вариантом было бы «отжать» для себя один Т-72. Имея такую машину, пусть даже без боекомплекта и пулемётного вооружения, можно рассекать по джунглям, не опасаясь ни черномазых, ни местной фауны. Осматривая те два танка, что увезли наёмники, Марк сразу же обнаружил отметины от попаданий РПГшного заряда и трёх стопятимиллиметровых снарядов, которые так и не пробили броню «семьдесят второго». Если бы в наш «амтрэк» угодило что-нибудь аналогичного калибра, то от амфибии, скорее всего, осталась бы лишь сожжённая металлическая коробка с жареным человеческим мясом внутри.
Когда до заката солнца оставалось что-то около получаса, нас неожиданно вызвал Стрелков. Пришлось извиниться перед Филиппом и Николаем (так звали местных слесарей) и шагать к командиру бронегруппы, прикидывая, за каким хреном на ночь глядя тому понадобились разведчики. Спустя десять минут выяснилось, что Сергей Николаевич решил просто похвастаться находкой в гаражном комплексе: в одном из боксов были обнаружены более двух сотен пустых газовых баллонов. Нас так «поразила» эта находка, что мы ехидно потребовали немедленных объяснений: что товарищ майор намерен делать со столь «ценным» активом – найти газ в новом мире, закачивать его в баллоны и делать бизнес в стиле «Газпрома»?
– Эх, вы, молодёжь, элементарных вещей не знаете. А ещё опера, – разочарованно покачал головой Стрелков. – Это же почти готовые миномётные «трубы». Про войну во Вьетнаме хоть слыхали? А про то, что вьетнамцы клепали самодельные миномёты из таких вот баллонов, знаете?
Николаич счёл своим долгом немедленно просветить неучей – рассказать, как вьетнамские партизаны буквально «на коленке» делали вполне работоспособное оружие и боеприпасы к нему. Недостаточную культуру производства компенсировали калибром изделия, недостаточную точность стрельбы – весом взрывчатого вещества в корпусе мины. Дешёвые и простые в изготовлении, самодельные миномёты успешно применялись в войне в джунглях Юго-Восточной Азии, и майор рассчитывал внедрить вьетнамский опыт в наших условиях.
Как и все мы, Стрелков прекрасно понимал, что спустя какое-то время запас патронов подойдёт к концу, и землянам придётся надолго отложить в сторонку автоматы и пулемёты. Скорее всего, придётся перейти на фитильные и кремневые ружья, делать самодельные гранаты, отливать гладкоствольные пушки. Ну, и налаживать производство пороха, и другого. ВВ, без которых немыслимо существование техногенной цивилизации.
– Порохом и тротилом мы займёмся в самое ближайшее время, – подытожив экскурс в историю Вьетнамской войны, Сергей Николаевич повёл нас обратно. – Вы в курсе, что на территории кластера есть склад-магазин сельхозудобрений?
– Валентина что-то такое рассказывала, – припомнил я. – Тащить всё подряд или только селитру?
– Селитру в первую очередь, а вообще – надо вывозить всё подчистую, – ответил командир бронегруппы. – Вот, возьмёте завтра людей, грузовики и займётесь этим делом.
– Хорошо. Разведчикам нужна машина с высокой проходимостью, поэтому мы забираем «тигра», – следуя пословице про железо, которое надо ковать, пока оно горячее, я поспешил застолбить внедорожник за собой. – Кроме того, группе требуется замена нашему бэтээру, и я бы хотел оставить себе «семьдесят двойку».
– Хитёр бобёр, – усмехнулся Стрелков. – Танк войдёт в состав бронегруппы, и это не обсуждается. Но вы можете использовать его для разведки, пока Деларьен не вернёт ваш «амтрэк».
– Мы должны подобрать себе ещё пару машин, – напомнил капитан Барулин. – Пока есть, из чего выбирать.
– Забирайте всё, что посчитаете нужным, – глянув на закат, произнёс майор. – Ладно, утро вечера мудренее. Надеюсь, ночь пройдёт без сюрпризов.
Видимо, местный владыка ночи, если таковой имелся, пошёл навстречу пожеланию нашего командира – ночь прошла без сюрпризов, нападений и перестрелок. Народ смог немного перевести дух, расслабиться, передохнуть, а некоторые ещё и умудрились неплохо выспаться. В отличие от нас, до половины третьего ночи провозившихся с передним мостом джипа. Наверное, можно было оставить эту работу и на завтра, но интуиция подсказывала, что «тигр» может понадобиться чуть ли не с утра, поэтому мы работали как проклятые.
– Тревога! – заорал кто-то, тряся меня за плечо. Вымотавшись за последнее время на всю катушку, я спал очень крепко, поэтому бубнёж по рации на английском поначалу воспринял как продолжение сна. Затем в мой сон ворвался чей-то знакомый голос, и пришлось выныривать из сладких объятий Морфея. Первым желанием было дать в морду тому, кто осмелился меня тормошить – нефиг беспокоить уставших и не выспавшихся ментов. – Рота, подъём!