— А это ещё зачем? — раздалось из глубин строя.
— Во-первых, следующий, кто вякнет в строю без моего разрешения, а тем более — перебьёт командира, получит дисциплинарное взыскание. А во-вторых, сейчас объясню на примере. Я всё люблю объяснять на примерах и сразу всем, чтоб лишний раз не повторяться. Первая шеренга — шесть шагов вперёд марш!
С помощью сержантов команда была выполнена минуты через две. Бойцы этой первой шеренги нервно оглядывались по сторонам.
— Да уж, стадо овец на лужайке, а не солдаты. Строевой надо будет заняться обязательно. Вторая шеренга — четыре шага вперёд марш! — Пауза. — Третья шеренга — два шага вперёд — марш!
Я подождал, пока строй разомкнётся по глубине. Возможно, тут для этого существовала отдельная команда, но я-то её не знал, да и в любом случае — очень сомневаюсь, что подчинённые меня бы поняли.
— Итак, теперь взяли в левую руку ваши палки с верёвками, — я увидел недоумённые взгляды и ткнул пальцем в лук одного из бойцов.
— Это не палка, это армейский боевой лук! — обиделся один из инструкторов.
— Хорошо. Возьмите в левую руку ваши боевые армейские, — я покосился на возмутившегося инструктора, — палки с верёвками, вытяните руку вперёд и замрите в таком положении.
Я заметил какое-то странное движение в глубине строя. Присмотрелся.
— Кто приказал натягивать тетиву?! Куда вы, клоуны, стрелять собрались?! Палку — в руку, руку — вперёд! Выполнять!
Я решил дать простейшее упражнение на статику. Даже пустую руку неподготовленному человеку удержать горизонтально несколько минут непросто, а если там ещё и груз, хоть и небольшой… Короче говоря, довольно наглядный, хоть и не слишком честный способ убедить солдат в их неготовности.
Дождавшись выполнения команды, я подозвал возмущавшегося инструктора и заговорил с ним вполголоса.
— Оставим пока без внимания, что вы позволили себе меня перебить — формально я вам не командир. Теперь по сути возражения. Не желаете сравнить? — я протянул сержанту свой лук.
Тот, и без того ошеломлённый моим к нему обращением, изумился ещё больше, но оружие схватил охотно. Удивлённо погладил тетиву, рассмотрел сложную многослойную конструкцию древка и, взглядом спросив разрешение, попробовал натянуть лук, имитируя выстрел. С заметным усилием дотянул правую кисть примерно до подбородка, попытался плавно отпустить тетиву, но в самом конце не удержал, тренькнув ею по наручу. Смущённо протянул оружие мне. Я, приняв лук, слитным движением обеих рук оттянул тетиву к мочке уха, плавно отпустил её. Потом, повернувшись к строю, в котором у многих руки уже опустились или дрожали, ехидно произнёс:
— Что, девочки, уже скисли?! И какой смысл учить вас стрельбе, если вы, малышки, уже через пять минут лук в руках удержать не в состоянии? А та дурная баба, что будет ржать над подружками — будет держать лук вместе с налучем и колчаном.
Смешки в строю, и без того редкие и негромкие, стихли.
Я увидел на дальнем от нас краю плаца деревянную лопату, прислонённую к кусту ручкой вниз. Расстояние — сто девяносто шесть метров, отлично, ветер — спереди и справа, под углом десять-пятнадцать градусов. Поправка… Я, немного ускорившись, потянул из колчана первую стрелу. Десятая сошла с тетивы одновременно с тем, как первая воткнулась в несчастный инструмент. Оценить кучность стрельбы не получилось: уже после четвёртого попадания лопата треснула, после шестой стрелы просто развалилась, и четыре последние пролетели через то место, где раньше была мишень. Я обернулся к подобию строя.
— Вот это вот был норматив, после выполнения которого у нас в Ордене получают право называться лучником. Но вас я буду учить по армейским нормам. Хотя я сомневаюсь, что ваша шайка наспех отловленных гномов сможет освоить даже их. Кто давал команду опустить руки с палками?! Какой смертник отменил мой приказ?! А если никто не отменял — то какого гоблина вы вытворяете?! Рученьки устали у малышей? Значит, нагрузим ноженьки. Отряд! Убрать оружие! Напра-во, вокруг плаца бегом марш!
Я пристроился сбоку от строя и подозвал к себе того сержанта, которому до того давал свой лук.
— Напомните мне, если забуду, сказать капитану, чтобы вычел стоимость лопаты из моего денежного довольствия.
Такое подчёркнуто уважительное отношение к моим помощникам было неслучайным. Я намеренно обращался к сержантам как почти к равным для того, чтобы дополнительно поднять их авторитет в глазах солдат. Раз уж я вынужден опираться на них не только в качестве командиров десятков, но и использовать в роли полусотников, то…