Вопрос был вполне обоснован: офицерская гулянка в зале набирала ход и размах, половина уже, наверное, не помнила изначального повода. Но вот чувствовался в её словах, позе и голосе некий подтекст. Надеюсь, он мне не почудился?
— Я плоховато знаю город. И самое уютное из известных мне мест — мой номер в этом заведении. Если вас не оскорбит такое предложение.
— Предложение само по себе не оскорбит, а в дальнейшем всё будет зависеть от твоего поведения.
— Можете не сомневаться, приложу все усилия, дабы удовлетворить вашим требованиям.
— Знаешь, больше всего любую настоящую женщину оскорбляет пренебрежительное отношение.
— Да разве ж можно пренебречь такой красотой, как формы, так и содержания?!
За разговором мы дошли до моей двери, и я приоткрыл её, пропуская даму вперёд.
— И ты готов подтвердить искренность своих слов? — Изира остановилась в полушаге от дверного проёма вполоборота ко мне, оставив между собой и косяком слишком узкую щель, чтоб можно было надеяться втиснуться в комнату, не задев её.
— Разумеется, — последнее из необязательных слов, что я успел проговорить, опуская правую руку на крутой изгиб бедра дамы, а левую — на дверной засов.
Таблетками из подарочка Арагорна я не пользовался, хоть один раз и мелькнула такая трусливая мыслишка. А вот к бальзаму под утро мы оба приложились основательно.
— Замечательная вещь! — прокомментировала контрразведчица последний глоток. — Производство открыть не планируешь?
— Да где там… — я сокрушённо махнул рукой. — Ни состава полного не знаю, ни, тем более, рецептуры. Так, основные компоненты. А жаль — такой был бы повод отпраздновать.
Я подмигнул женщине, которая сделала безуспешную попытку покраснеть (может, удалось бы лучше, будь на ней из одежды хоть бусы) и тут же перешла в контратаку:
— Ах ты ж, паразит. Тебе, значит, ещё какой-то особый повод нужен, помимо меня самой?
— Ну что ты, наоборот. Обычно такие редкие лакомства приберегают к особому случаю.
Тут она всё же немного порозовела и вернула разговор в конструктивное русло:
— Если бы ты отдал остатки бальзама, вместе с бутылкой, я могла бы озадачить парочку толковых алхимиков. Если заинтересуются — подойдёшь, расскажешь, что знаешь.
— Договорились. Только я ещё и одного из двурвов приведу. Они тоже бальзам пробовали и даже строили кое-какие предположения, исходя из национальных особенностей зельеварения.
— Ладно, приводи своего двурва.
По дороге на службу я заскочил к оружейнику. Простимулированный накануне материально мастер сделал десять наконечников вне очереди. Забрав заказ, я поблагодарил его за работу и лёгкой трусцой направился к плацу.
Демонстрацию «стрельбы с накачкой» решили провести ближе к обеду, за это время на стрельбище должны были соорудить по моим указаниям мишенное поле из набитых соломой чучел, изображающих атакующих орков, причём в трёх вариантах — слитный строй, пешая лава и «кавалерия» на волках. Ради того, чтобы я мог наблюдать за подготовкой, мы изменили план занятий. В частности — перенесли поход в лес на послеобеденное время, а на первую половину дня поставили занятия на тренажёрах и учебные стрельбы — пока ещё по неподвижной мишени.
Кстати, о мишенях. Идея насчёт подготовки мишенного поля потому была принята почти без споров и могла быть реализована так быстро оттого, что я уже дня три назад «продавил» реконструкцию стрельбища. Мой Спутник и я сам сошлись на мнении, что готовить армейских стрелков только по неподвижным мишеням — бессмысленно. Спутник был даже более радикален в этом вопросе. Компромиссным решением было учить бойцов по-старому до тех пор, пока не научатся определять расстояние до мишени и соответствующий угол возвышения, после чего — начинать тренировать в стрельбе по движущимся мишеням. Для этого требовалось значительно переделать стрельбище. Правда, с финансированием были некоторые проблемы, так что «планов громадьё» пришлось урезать. Вариант стрельбища с приближающимся к стрелковому рубежу массивом из полусотни мишеней, падающих при попадании, который должен был тренировать лучников отражать нападение на позицию, пришлось забыть. Я-то раскатал губу, рассчитывая, что использование магии позволит отказаться от большей части громоздкой, но точной механики и тем самым удешевить проект. Но мне быстро и популярно объяснили, где и в чём я был неправ. Да уж, реальная экономика в условиях развитой маготехники — это отдельная тема. Самым дешёвым был бы гибрид механики с магией, но и тогда дело влетало в копеечку.