Но я отвлёкся. Дверь, неожиданно тяжёлую, я поймал. К некоторому моему удивлению, с другой стороны её держала Алёна. Нет, это уже безобразие — мало того, что она девушка, так на ней и без того немало железа висит. Совместными с ассасином усилиями клирик была отправлена в боевое охранение, мы вдвоём подхватили двёрку. Ничего себе! Замок дрогнул, по коридору прокатилась волна, похожая на судороги.
— Хотел бы я знать, что это было, — пробормотал я.
— А я бы не хотел, — возразил Лекс, — потому как мне это очень не нравится.
Вот, опять различие в подходах. Мне всё это тоже очень не нравится, и именно поэтому я и хотел бы по возможности точно знать причины, чтобы принимать осмысленные решения. А позиция, приписываемая страусу способна привести только к неприятностям.
— Нравится, не нравится.… Не на ромашке гадаете! — резко одёрнула нас Алёна. — Давайте в темпе делать ноги, раз это строеньице так воет.
Оно и правильно. Мы с Лексом постарались ухватить двёрку как можно удобнее, хотя говорить об удобстве в данном случае было несерьёзно. Только присутствие дамы удержало меня от непечатного комментария по поводу веса этого изделия. Нет, она и выглядит серьёзно, но я мог ожидать в ней килограммов семьдесят веса, ну восемьдесят. А тут такое ощущение, что по центнеру на брата приходится!
— С такой бандурой особо не побегаешь, — высказал я максимально отредактированную версию.
— Это смотря как жить захочешь, — вступил в разговор шаман. Он заметно нервничал и тискал свой посох так, будто хотел из него сок выдавить. — У нас крупные, я бы даже сказал, гигантские неприятности.
— Тогда чего стоим? — задал мой напарник логичный вопрос. Дверь просто руки обрывает. — Алён, веди давай!
Алёна посмотрела на нас в растерянности.
— Кулон! — совсем не галантно рявкнул Лекс. — Задействуй свой кулон, а то плутать тут будем!..
Хм, судя по лицу, Лекс хотел выразиться несколько иначе, но тоже следит за речью, молодец, не надо при девушке говорить то, что он подумал.
— Не работает, — пролепетала Алёна. — Заряд кончился, что ли?
Я подумал, что заряд тут ни при чём. Арагорн же говорил, что кулон поможет найти дверь — он и помог. Про обратную дорогу не было сказано ни слова. Я вспомнил про свой амулет пути, но не успел додумать эту мысль. Шаман заявил:
— Я поведу! — и шагнул вперёд, поводя впереди себя посохом.
Мы втроём (я, Лекс и дверь) двинулись за ним, девушка оказалась на роли тылового охранения. Бодрой поросячьей трусцой добежали до зала с костями. К этому времени груз отдавил руку до онемения. Освоенные ещё при памятном побеге от орочьей погони, когда мы бубен похитили, навыки поддержки физических сил за счёт магии не действовали. Энергия уходила, но приносила только секундное облегчение в наиболее пострадавших местах, а это были руки. Такое ощущение, что или законы природы тут другие, или что-то просто вытягивает выпущенную из внутреннего резерва силу. Не двёрка ли?
Возможно, именно это онемение привело к тому, что мы уронили-таки дверь. Один из нас споткнулся, другой одновременно поскользнулся на костях — и гнусная железяка, рухнув едва ли не на единственный чистый участок пола, загудела, как колокол. Звон был такой, что уши заложило. Нет, спешка спешкой, а перекуры делать надо, хоть для того, чтобы руку сменить.
— Ну вот, дали знать всем заинтересованным лицам, что мы здесь, и где именно, — откомментировал я.
Шаман, который был уже на выходе из зала, окатил нас очень выразительным взглядом. Угу, попробовал бы сам эту конструкцию тянуть. Нет, всё же хорошо, что не нужно ещё и коробку дверную тащить!
После выхода из костяного зала началась чертовщина какая-то. Ну не было столько поворотов, не было! Свернуть не туда тоже шансов не было: в зале костей насчитывалось ровно два прохода, в один вошли, в другой вышли. Ну вот, точно, не пойми что творится. Вошли в комнату с четырьмя выходами, не считая того, в который вошли. А по пути внутрь единственной развилкой была овальная комната, имевшая на одну дверь меньше. Шаман проявлял явные признаки неуверенности. Что ж, есть время передохнуть. Мы с Лексом аккуратно прислонили дверь к стене — помню, с каким трудом мы пытались оторвать гладкую дверь от гладкого пола, когда её уронили. Я прикрыл глаза, стараясь как-то привести в порядок внутреннюю энергетику.