– Не встретила того самого? – с улыбкой уточнила Нонна, пригубив чай.
– Говорит, не искала. Но мне кажется, что она просто не хочет мне рассказывать.
– Вам нужно дать ей время. И второй дочери тоже. Они росли без вас. Первая любовь, первый поцелуй и их первый раз произошли без вас. Сейчас им тяжело ещё осознать ваше возвращение. Так что вполне нормальна их некая скрытность…
Нонна не договорила, потому что в кухню вошла Кларисса в сопровождении Сами. Сара тут же встала.
– Мы с Сами будем поблизости. Если что, то зовите.
Когда Сара и Сами вышли, Кларисса села за стол и с надеждой посмотрела на Нонну.
– Вы его видели? Вы встречались с моим сыном?
Нонна спрятала взгляд, она предпочитала смотреть на собственные руки, чем в глаза женщине, которой предстояло узнать правду о себе. Интересно, думала Нонна, эти все пассажиры могут иметь провалы в памяти? Или Кларисса пытается замаскировать своё поведение?
– Да, Кларисса, я встречалась с Роем.
– Правда? Это правда? – руки женщины потянулись к Нонне, но та откинулась на спинку стула, чтобы дать понять Клариссе – рано радоваться. Кларисса с любопытством смотрела на психолога, словно хотела прочитать в её глазах всё, что было известно про Роя. – Как он? Какой он?
– Красивый парень. Очень рассудительный.
– Вы… вы сказали, что я хочу его видеть?
– Да.
– А он?
Недолгая пауза заставила Клариссу напрячься.
Нонне трудно было об этом сообщать, но она должна была. И она сообщит, только для начала задаст несколько безобидных вопросов.
– Кларисса, это правда, что большую часть времени Рой проводил с нянями?
– Ну… да, ведь я работала. Патрик отказался содержать своего сына, и мне приходилось вкалывать днями и ночами, чтобы Рой ни в чём не нуждался.
Звучало убедительно для матери одиночки. Нонна пыталась верить Клариссе и, возможно, Патрик за многие годы обработал сына. Она не узнает, пока не поговорит с ними обоими.
– А как вы проводили время с Роем, когда не работали?
В этот момент Кларисса насторожилась. Прищурив один глаз, она спросила:
– Для чего эти вопросы? Скажите, что ответил Рой.
– Я и спрашиваю вас потому, что хочу дать вам ответ.
«Какая глупость!» – подумала Кларисса.
– Ну, я читала с ним книжки… Да много чем!
– А почему он этого не помнит?
– Так ему было всего пять!
– Кларисса, мне надо кое-что понять. Патрик, ваш бывший муж, хотел этого ребёнка?
– Нет. Ему чихать было на мою беременность.
– И он не искал с сыном встреч?
– К чему вы клоните? – раздраженно спросила Кларисса.
– Каждый из вас имеет свою правду, а поскольку я случайным образом вклинилась между вами, то хочу разобраться, почему Рой настроен против вас, Кларисса.
– Рой… против меня? – Кларисса выглядела ошеломлённой.
– Со слов Роя, вы не дали ему всего того, что дал отец. Патрик никогда не нанимал нянь и всюду брал сына с собой. Рой утверждает, что вы, Кларисса, выгнали Патрика и запретили приближаться к сыну. Для вас всё же антикварный магазин всегда стоял на первом месте. Рой настолько в это верит, что не желает с вами встреч.
Возникшая пауза длилась довольно долго, прежде чем Кларисса отреагировала. Нонна заметила, как у той трясутся руки, выдавая нервозность, хотя внешне Кларисса оставалась спокойной.
– Я… всегда считала, что моей любви хватает Рою, – тихо заговорила она. – Мы с Патриком были женаты не очень долго. Года полтора. До беременности я не была стройной, но и такой толстушкой тоже не была. А Патрик… – она проморгалась, затем посмотрела в потолок, вспоминая его молодого. – Он был завидным женихом. По нему большая часть нью-йоркских девушек сохло. Я гордилась им и очень сильно ревновала. Мы поженились, когда я забеременела первым ребёнком…
– Простите? Вы сказали «первым»?
– Да. У меня был выкидыш сразу после свадьбы. После этого несчастья мы с Патриком часто ссорились, а после одной такой ссоры появился Рой. Но… – она сглотнула слёзы. – Во время беременности я сильно набрала, Патрик стал пропадать ночами, выводил меня из себя, доводил до истерик. Естественно, я подозревала его в измене, устраивала сцены ревности, много плакала. Патрик не хотел меня понимать… даже не пытался. Семья ведь это что? Понимание, доверие, искренность. У Сары с Клифом это было. А нас с Патриком связывали только постель и скандалы. Согласитесь, Нонна, что это не нормально.
– Вы это поняли, когда родили Роя, так?
– У меня была сильнейшая послеродовая депрессия. Я много плакала, ссорилась с Патриком. Я требовала, чтобы он понял меня, а он слал меня на хер.
– Итог – вы развелись.
– Я выгнала его из дома. Рой прав в этом. Но я выгнала Патрика потому, что он сам этого хотел.