– Ты пришёл, чтобы вернуться домой?
Янис посмотрел на неё и сразу узнал стюардессу.
– Там у меня было всё. Здесь я это потерял.
– Идём со мой. Я знаю, как попасть внутрь. Через переднее колесо. Идём же!
По передней стойке шасси они забрались в узкий отсек. Хрупкое телосложение девушки позволяло пролезть в любую щель. Об этом проходе не знал никто, кроме неё самой. Пришлось попотеть, чтобы создать такой незатейливый способ пробраться внутрь самолёта. Янис застрял, и она остановилась помочь ему.
В тот момент, когда они добрались до кабины пилота, Ава вспотела. Тем не менее, она не тратила время на болтовню и повела Яниса в багажный отсек, заставив тащить рюкзак с провизией.
– Что внутри?
– Еда и вода.
– Мы здесь не одни, верно?
– Здесь все, кто желает вернуться домой.
– И когда же мы это сделаем?
Ава остановилась перед металлической дверью, тяжело дыша.
– Когда самолёт соберёт всех пассажиров, мы взлетим в небо.
– Ты бредишь?
– Заходи, – она пропустила его вперёд.
Как только Янис вошёл, Ава плотно закрыла дверь и включила свет. Мужчина замер. Он не заметил, как бросил рюкзак на пол. На самом деле он просто выпал из рук. А Ава, действуя быстро, схватила его руки и накрутила скотч на запястья.
– Что ты делаешь? – взвизгнул он, глядя на таких же связанных людей.
Ава толкнула его, а когда Янис повалился на пол, связала ноги.
– Вот так, – она помогла ему сесть. – Мало ли, вдруг сбежать надумаешь. Мне нужны ВСЕ пассажиры.
Её взгляд изменился. Что-то зловещее сверкнуло в её зрачках, отчего мужчина содрогнулся. Затем в подушечках пальцев возродилось покалывание. Он осмотрел присутствующих.
– И давно вы здесь?
Никто не ответил, они только смотрели на него.
Ава тем временем раздавала всем воду, открывала банки с добытой консервой (пришлось своровать) и совала в связанные руки пленников. Абигейл она собиралась покормить сама, поэтому села перед ней в турецкой позе.
– Силы вам очень понадобятся, – сказала она, отправляя первую ложку девочке в рот. Аби так проголодалась, что не могла сопротивляться.
– Да она больная! – воскликнул Янис. – Чего вы сидите? Надо уходить отсюда. Она заманила нас обманом.
Ава развернулась на сто восемьдесят градусов.
– Разве ты не сам сюда пришёл? Они тоже все пришли сами.
– Неправда! – крикнула девочка осипшим голосом.
– Заткнись, а то еды не получишь. – Ава встала. – Вы не понимаете? Я хочу вернуть нас всех домой. И только так я могу собрать всех пассажиров. Скоро они придут… скоро, вот увидите.
– Пока они придут, мы умрём в этом месте, – устало сказала Мира, измученная жаждой и попытками выбраться отсюда. Один раз Ава ударила её, когда обнаружила, что девушка высвободилась. Мира набросилась на Аву и получила оплеуху. Сумасшедшей стюардессе ничего не стоило расправиться с любым из пассажиров. В ней сидела сила, превышающая грани человеческих возможностей.
– Я кормлю вас. Наберитесь терпения…
– Чувствуете? – перебил их спор Уэйн, брат Питера.
– Кажется, я чувствую, – Мира принюхивалась.
Янис и Хва Ёнг тоже начали нюхать воздух.
– Что-то… горит? – в шёпоте Абигейл звучал ужас.
Ава подорвалась с места. Она тоже это чувствовала. А когда открыла дверь, в багажный отсек повалил дым. И она закашлялась.
Глава 17
Белый едкий дым ворвался в помещение, извивался словно змей, обволакивал, проникал в лёгкие через нос и рот, «резал» глаза. В мозгу Авы тут же образовались мысли о том, что дыма без огня не бывает. А значит, самолёт горит.
Бросив дверь открытой, а пассажиров связанных на полу, бортпроводница бросилась по узкому коридору. Но она не собиралась бежать. Она не собиралась спасаться. С момента перемещения во времени Ава обладала очень сильным энергетическим воздействием. А всё потому, что во время прохождения портала она сидела в зоне возникновения энергии. Пассажиры, как и пилоты, поймали лишь волну, поэтому воздействие энергии на них не так повлияло. Есть те, кого энергия не тронула, и они не чувствуют ни тяги к самолёту, ни тяги к другим пассажирам, они не чувствуют покалываний в подушечках пальцев, как Анна. Ава же сходила с ума от покалывания в конечностях, которое исчезло, когда она стала жить в самолёте. Тем очевиднее, что она не согласна отдаляться от него, а значит не могла позволить сгореть. Не жизни волновали Аву, а сохранение самолёта. Ведь если он сгорит, они не смогут вернуться назад домой. Без самолёта пути назад не будет, и тогда она погибнет.