— Твою мать! — ударив кулаком по столу, тихо сказал сам себе Белкин. — Почему нас не предупредили?! Кукловоды хреновы!
Уже неделю министр обороны ДНР не получал никакой информации из Москвы — после того как дал интервью о британском самолете, который сбили ополченцы.
Через час президент Пухов появился в прямом эфире и заявил, что Россия проводит военные маневры в Ростовской области, вблизи границы с суверенной Украиной. «Наших войск на Украине нет, — в который раз, как заклинание, повторил президент. — Мы не несем ответственности за действия ополченцев. Мы, наоборот, стараемся делать все возможное, чтобы дипломатическими усилиями потушить разгорающееся пламя гражданской войны на востоке Украины».
Всю ночь не смыкавший глаз в ожидании вестей с фронта Белкин впал в бешенство. Еще через час он совершил неожиданный и почти безумный шаг: сам пригласил журналистов CNN и BBC и сказал, что Россия «сливает Донбасс», а президент Пухов «пляшет под американскую дудку».
— Зачем мы вообще здесь воюем, держим оборону, самолеты сбиваем? — заявил Белкин в конце интервью.
Через несколько минут эта фраза звучала уже во всех теле- и радиорепортажах, перепечатывалась всеми агентствами и газетами мира.
— Кто-нибудь может, в конце концов, закрыть пасть этому мудаку, а еще лучше зашить ему рот навсегда?! — воскликнул в сердцах президент Пухов, с раздражением переключив CNN на BBC, где опять был тот же Белкин с тем же самолетом. Вадим Вадимыч выключил телевизор совсем и велел помощнику больше его сегодня не беспокоить.
Пухов вел здоровый образ жизни. Он не курил и не пил. Ни «Джемисон», ни «Роберт Бернс», ни даже «Столичную». Поэтому нервы вне эфирного времени у него были ни к черту.
— Вот ведь сука, мразь, лесбиянка х…ва! — никак не мог после разговора с госпожой Шогрен успокоиться российский президент. — Ну откуда у них эта запись? Кто это мог сделать? Конечно, мы скажем — фальшивка. Будем все отрицать. Но осадок-то останется.
В кабинете, после того как помощник вышел зашивать навсегда рот Белкину, не осталось никого, кроме президента, но при всем своем раздражении он не повышал голос.
— Все, абсолютно все, к чему ни прикоснись, имеет глаза и уши, — бормотал он. — Нет, они не посмеют это опубликовать. Не посмеют. Это же не в их интересах. Они не могут позволить себе потерять Россию навсегда. Как надежного партнера…
Пухов улыбнулся, выпил стакан теплого «Боржоми», расслабился и решил переключиться на другие дела, чтобы больше не думать об унижении, которое испытал во время телефонного разговора с коллегой. Он нажал на столе клавишу интеркома из слоновой кости, как на приборной панели незабываемого «Газ-21» и… попросил принести ему досье Симонова Е. Т.
Белкин вышел на улицу, по дороге к машине дал три коротких и злобных интервью российским журналистам, сел в «Тигр» и приказал водителю, седоватому прапорщику Емелину, ехать назад в штаб, то бишь в поместье ККК.
На кругу, на пересечении Югославской улицы и улицы Олимпиева, возле заправки «Торнадо» «Тигр» Белкина взлетел на воздух. Взрыв радиоуправляемого фугаса, заложенного в канализационный люк по маршруту следования, был такой силы, что многотонная машина перевернулась в воздухе два раза, прежде чем приземлиться возле образовавшейся гигантской, словно от падения метеорита, воронки. Когда потрясенный Белкин вылез с белым как мел лицом из покореженной бронированной двери и сделал два неуверенных шага в сторону, пуля калибра 7,62 мм, пущенная с крыши соседней пятиэтажки, угодила ему между глаз. Снайпер с позывным «Желудь» был точен. Как в феврале на Майдане.