В коридоре было пусто – или так казалось. Но затем, за одной из дверей, она услышала тихий звук – глухой, почти приглушённый стук. Лейла приблизилась, держа фонарик на уровне глаз, когда вдруг перед ней мелькнула фигура. Неясная, тень в темном углу коридора, сквозь которую пробивались проблески движения. Сердце забилось быстрее, и Лейла ощутила, как холодок ужаса пробегает по спине.
В этот же миг раздался пронзительный крик, разорвавший тишину, и звук падения – как будто что-то тяжелое обрушилось на землю. Лейла мгновенно поняла, что это не просто игра воображения. Она вырвалась вперёд, ведомая одновременно страхом и решимостью выяснить, что произошло.
На полу, в небольшом помещении, она обнаружила жуткую картину. Перед ней лежало тело – без движения, с широко открытыми глазами, в которых отражался страх, застывший навсегда. Кровь медленно растекалась по холодному полу, оставляя на нём темные, липкие следы. Вокруг тела разбросаны были обрывки бумаги и личные вещи – знак того, что эта жертва не могла уйти незамеченной. Каждая деталь этой сцены говорила о насилии, о том, что зло может прийти незаметно, разорвав жизнь в мгновение ока.
Лейла подошла ближе, и её внутренний голос стал бурлить от вопросов: Кто мог совершить такое? Почему именно здесь? Что связывает это с темными тайнами «Рейвенмора»? Она склонилась над телом, пытаясь разглядеть что-то, что могло бы дать ответы. Рядом с ним лежал небольшой кулон – изящный, с выбитыми иероглифами, которые она раньше не видела, но которые почему-то вызывали в ней тревожное ощущение. Этот кулон, казалось, был ключом к разгадке ещё одной загадки, окутывающей здание.
В этот момент раздался тихий, но явный голос за её спиной:
— Ты не должна была приходить сюда, Лейла.
Лейла обернулась, и её взгляд встретился с холодным взглядом мужчины, одетого в черное, с жесткими чертами лица и глазами, сверкающими недобрым блеском. Его лицо было лишено эмоций, но в нём читалась угроза, и она понимала, что перед ней стоит тот, кто причастен к этому убийству.
— Кто вы? – спросила она, пытаясь собрать храбрость, несмотря на дрожь в голосе.
Мужчина не ответил сразу. Он подошёл ближе, его шаги были медленными и уверенными, как будто каждая секунда была отсчитана заранее. Затем он произнёс, голос его звучал ровно, но проникался холодом:
— Меня зовут Виктор. И я здесь, чтобы напомнить, что каждый, кто пытается раскрыть тайны «Рейвенмора», рискует заплатить высокую цену.
Лейла почувствовала, как кровь стынет в венах. Её разум сражался с инстинктом бежать, но решимость узнать правду взяла верх. Она взглянула на Виктора, пытаясь прочитать его мысли, и сказала:
— Почему вы убили его? Что вы хотите получить от этих исчезновений?
Виктор слегка усмехнулся, его губы изогнулись в жестокой ухмылке.
— Он был слаб. Один из тех, кто не смог выдержать бремя правды. Здесь, в «Рейвенморе», мы отсекаем слабых. Я – лишь инструмент, проводник для тех, кто хочет очистить это место от лишнего. Ты, Лейла, уже слишком много знаешь. Твоя любознательность может стать твоей погибелью.
Его слова эхом отозвались в пустом коридоре. Лейла ощутила, как её сердце начало бешено колотиться, а страх смешался с яростной решимостью. Она вспомнила все ужасы, что видела, и поняла, что перед ней стоит выбор: бежать и жить в неведении или продолжать искать истину, даже если это приведёт к смерти.
— Вы не понимаете, – сказала она, голос её был тверд, хотя дрожал от страха. – Каждая жертва – это не просто потеря. Это крик о помощи, это свидетельство преступления. Я не уйду, пока не узнаю, кто стоит за этим, и пока не прекратится эта жестокая игра.
Виктор нахмурился, его взгляд стал холоднее.
— Тогда ты избрала свой путь, – тихо произнёс он. – Но помни: если ты продолжишь копать глубже, то узнаешь то, что тебе не суждено знать. И твоя судьба будет столь же жестока, как судьба тех, кто уже пал здесь.
В этот миг в коридоре послышался звон разбиваемого стекла и звук, похожий на выстрел. Виктор быстро повернулся в сторону источника шума. Лейла, застыла в страхе, не веря своим глазам – ещё одна фигура, скрытая в тени, внезапно появилась и, не теряя ни минуты, выхватила из рук Виктора какой-то блестящий предмет. Несколько секунд хаоса, быстрых движений, шорохов, а потом Виктора уже не было – его тело лежало неподвижно, словно от удара молнии. Его безжизненное лицо было изуродовано, глаза открыты, как будто он застыл в ужасе от собственного предательства. На полу рядом с ним лежал тот самый предмет – тонкий нож с изящным лезвием, искривленным, как будто в нем отражалась сама тьма.