Они миновали дома, услышав только шорох песка по камням и, всего единожды, разозленные неразборчивые голоса за темным окном. Фудир остановился и огляделся.
— Талант Грейстрока — сливаться с толпой, — пояснил он. — Для этого ему нужны другие люди. Открытая местность способна победить его.
— Тогда мы…
— Но с другой стороны, талант Хью — это скрытность. Дай ему тень — и он сольется с нею.
— Но… если они установили жучки в наших комнатах, то будут думать, что мы все еще там, беседуем об астрогации.
— Я надеюсь. Но полагаться на это было бы глупо.
Они вышли на Прибрежное шоссе. По обычно загруженной дороге в столь поздний час лишь изредка проезжали авто да грузовики из поселков с продуктами для рынков. В этом фронтирном мире не было сети, поэтому машинами управляли водители.
«Почему их называют „авто“, — удивился Педант, — если ими управляют вручную?»
Парк Вардалбахр тянулся вдоль Окруженного моря — несколько рощиц и заповедник дикой природы на каменистом мысу, дальше к югу. Он опоясывал длинный пляж под названием Дюймовая полоска. Они пересекли пешеходный переход над шоссе и вышли на пляж, где уставшие волны облизывали берег.
Из-за того что Арфалун имел не очень большой спутник, приливы и отливы в Окруженном море были почти незаметны. Мéарана смотрела, как вода накатывает на песок. Землеподобные миры с крупными лунами встречались нечасто. Говорили, спутник самой Терры имел более четверти ее диаметра — результат удивительного космического события, и именно эта безумная гравитационная мельница взбалтывала ее океаны и гнала самоорганизующуюся органическую материю на землю. Арфалуну повезло меньше. Столкновение в доисторическом прошлом оставило шрам на его лике, создав глубокую впадину Окруженного моря и вырвав клок земли, который и стал Гуммар-Гуялаком. Большая луна, но не огромная.
Если бы немного больше, говорили некоторые арфалуны, «Старый Г-Г» смог бы оживить местные моря, как это удалось Луне Терры. Просто немного больше… Здесь чувствовалась мелодия для арфы — возможно, даже голтрэй. Элегия о жизни, которой никогда не было. Но плач тот был так стар, что все слезы давно высохли. Никто не думал, что на планете появится хоть что-то сложнее псевдоживых организмов — архей, бактерий или простейших, — как и о том, что они станут обмениваться генами. «Перемешанные, но разделенные» — так однажды написал Шишак сунна Пьодер, великий алабастрианский поэт.
— Ты действительно думаешь, что Грейстрок может слышать нас? — спросила арфистка. — Или это просто твоя паранойя? Внутренний Ребенок, как ты его называешь.
Донован стоял рядом, глядя на море.
— Я понимаю. Ты привел нас сюда, чтобы прибой скрыл шепот, — на случай, если они навели на нас микрофоны, верно?
Донован пожал плечами:
— Я бы именно так и поступил. Он почти наверняка прослушивает наши комнаты. Он мог следовать за нами — Грейстрок знал, что мы расспрашиваем ювелиров, но не знал почему. Но к завтрашнему дню узнает. Мне только интересно, как долго мы были под наблюдением. Будь он проклят!
— Ты ведь не думаешь, что он стоит прямо за нами?
Донован дернулся и оглянулся. Она решила, что это снова Внутренний Ребенок. Старик нахмурился.
— Ей, не смеяться над старым терри, лады? Кто бы ни баккин, лицом к океану. Кто бы ни харрин, смотреть на пляж. Вот… — Он достал из кармана посылку. — Открывай.
Она развязала тесемки и обнаружила под оберткой подарочную коробку из ювелирного магазина «Чинвемма». В коробке лежал стандартный карманный накопитель. И записка.
— Прочитай, — сказал Донован.
Возможно, это было единственное ненужное указание из тех, которые он ей давал.
Госпожа Гончая, — говорилось там, — автор полагает, что достиг Арфалуна раньше Вас. Сложности координации путешествия по дорогам. Но он провел отличные полудюжидни в Великом Зале, собрал и сопоставил образцы со всего Спирального Рукава. Улов даже богаче, чем на Иегове. Охват территории значительно увеличился, и для Вашего изучения прилагается этот обновленный чип. Предварительный анализ свидетельствует о крайне любопытной модели, которая не вписывается в предыдущие результаты. Для уточнения вопроса требуются дополнительные данные, возможно с Отважного Хода, поскольку, по всей видимости, маркеры передаются от матери к дочери. Как и было условлено ранее, для получения этой информации понадобится Ваша помощь. Автору до сих пор не ясно, при чем здесь глупая старая байка о Флоте Сокровищ.