«Нет. Если бан Бриджит нашла оружие до того, как Они убили ее, то Они уже получили его. Но если Они убили ее прежде, чем она нашла оружие, — или если она погибла, когда добралась до него, — тогда Они пока не знают, где оно».
Донован отвечает:
— То, что она погибла, когда нашла его, не самый лучший аргумент, чтобы продолжать поиск.
«Подумай хорошенько, Донован. Если с помощью арфистки легче всего отыскать бан Бриджит, а вместе с ней и оружие, то когда Названные придут за ней? И кто тогда защитит ее?»
Все замолкают, и Фудир наконец отпускает замечание:
— Зорбе это не понравится.
— Что, мы будем стеречь ее весь остаток ее жизни?
«Похоже на логичный вывод».
«Иразве мы не связаны долгом?»
— Тут нет доказательств. Если арфистка заварила кашу, то приглядывать за котлом ей, а не нам. Она не ребенок, чтобы уходить от последствий своих решений.
— О, если бы мы ушли от последствий своих!
— Спиральный Рукав — жесткое место. Тут никто не обещал безопасности или успеха.
«Ты ведь не всерьез!»
— Думаешь? Кто за то, чтобы взять деньги, поднимите руку.
Призрачные образы подняли руки: Донован, Внутренний Ребенок, Ищейка.
— Ищейка! — восклицает Фудир.
«Это рациональный курс».
— К черту логику! Но тогда у нас четверо против.
Он, Силач и Шелковистый Голос поднимают руки — и все взоры обращаются на Педанта.
Но тучное тело качает массивной головой:
«Я — факты, а на вопрос, стоит брать взятку или нет, невозможно ответить одними фактами. Ни логика, ни страх, ни сантименты, ни грубая сила, ни любая другая часть того, кем мы были прежде, не может дать ответ. Скорее, наоборот».
«Три к трем, один воздержался».
Фудир трет кулаком стол.
— Вопрос спорный. Мы ничего не можем сделать, пока не доберемся до Сигги О’Хары. Я предлагаю сопроводить ее до Круга. Все, что узнаем, мы сможем передать Грейстроку и Хью.
Донован вздыхает.
— Я помню время, когда мы должны были сопроводить ее только до Верховной Тары.
Силач рокочет: «Один вопрос — кто-то удивился пустым местам за столом? Педант, ты все начал. Зачем десять стульев?»
На лоснящемся лице отражается тревога.
«Я не понимал…»
«Я понимал».
Как и Силач, Ищейка обладает доступом к сенсорным входам.
— Почему десять воображаемых стульев важнее семи? — спрашивает Донован.
— Ребенок, у тебя есть воображение. Это ты?..
«Не я, Шелковистый. Я — Страж. Я воображаю угрозы».
«Ага? Тогда их слишком много…»
Потеряв терпение, Донован открывает глаза…
И он снова оказался в гостиной, пошатнулся, и арфистка схватила его за руку, чтобы не дать упасть.
— С тобой все в порядке? — спросила Мéарана.
— Как… как долго меня не было? — спросил он с нарочитым смятением.
— Пару секунд. Ты бормотал.
Донован изобразил смешок:
— Добрый старый Фудир… накинулся на меня. Я… плохо себя чувствую.
Она помогла ему дойти до кушетки и мягко опуститься на нее.
— Билли, — сказала Мéарана, — принеси сахбу Доновану апельсиновый сок.
Пока слуга выполнял распоряжение, арфистка собрала вокруг человека со шрамами подушки.
— Лучше?
Донован попытался заговорить, но понял, что Фудир держит его за язык. Его голос стал невнятным, как у человека, которого хватил удар. Фудир понял, что это лишь содействовало планам Донована, и отпустил его.
— Да, — закашлялся Донован, — лучше. Спасибо.
Он выпил сок и вернул пустой стакан.
— Мéарана… думаю, путешествие требует от меня слишком многого. Я устал и в смятении. Нужно отдохнуть, собраться с силами.
Для пущего эффекта он засипел, но старался не переигрывать. Арфистка села напротив и положила локти на колени.
— Мы осмелимся? А как же курьер Конфедерации?
— О, госпожа, — Билли откликнулся от раковины, где полоскал стакан, — он идти долго за «Лолой Хэдли» к луне Джемсона. Сахб Донован так говорить.
— Нет, — ответил Донован. — Он выведает о «Лоле» через Круг и узнает, что мы не на борту… На это уйдет некоторое время. «Лола» может выйти на связь, только когда попадает в системы с Кругами. Так что мы опережаем его, но в итоге он распутает клубок и… — Он сжал руки арфистки. — Я не знаю, что смогу сделать, когда он настигнет нас.