Отважный Ход был не самым популярным миром, и бот обычно перевозил местных, отработавших смену на «Путевой станции». Они держались особняком, радостно о чем-то болтая между собой. Чужаки выделялись пестротой: две группы журналистов из новостных агентств, дама с Англетара в синем, с головы до пят, борке, алабастрианский бизнесмен в полосатой зелено-желто-красной рубашке свободного кроя и верховнотарянин в бахромчатом плаще и килте.
Пилот, коренастая женщина с короткими волосами, с неприкрытым презрением взглянула на пассажиров-чужестранцев. Под ее неодобрительный взор попали длинные рыжие волосы Мéараны и синее борке. Но самое сильное отвращение у пилота вызвали Билли Чинс и другие мужчины на борту.
— Когда доберемся до Чарующей луны, — заявила она, — вы, бики, свалите с моего корабля! Самцам там самое место. Есть писсуары и такое прочее. Какие бы дела у вас ни были там, внизу, можете провести телепрезентацию. И без жалоб на временную задержку. Радуйтесь, что не заставляем проводить ее здесь, а то вам пришлось бы ждать пять часов, чтобы просто сказать «привет».
— Но, — заметила женщина в борке, — вам внизу тоже придется ждать. Задержка действует в обе стороны.
И она заработала еще один хмурый взгляд пилота.
В разговор вмешался алабастрианин:
— Но-о я хо-отел по-ого-оворить с о-официальными представителями «Баннерху-ук Индастриалз» насчет импо-орта…
— Если ты достаточно важен, на Чарующую кто-то прилетит. Может, даже лично возьмут с тебя пошлину.
Некоторые местные захихикали, но Мéарана не поняла шутки.
Быстрочелн был оснащен рамажскими альфвеновыми двигателями «Юдсон-253» для внутрисистемного использования. И хотя «Путевая станция» находилась почти на тридцать две единицы выше, ползанье заняло всего восемь дней. Хватаясь за струны космоса и таща себя по ним, челн мог «занять» часть местной скорости пространства и поддерживать постоянное ускорение в два стандартных до орбиты Геры, где соскакивал и замедлялся с такой же скоростью, «расплачиваясь» с тканью пространства. Внутри судна контррешетки поддерживали постоянную гравитацию чуть выше стандартной.
После старта челна пассажиры сбросили ремни и занялись своими делами. Некоторые отправились в кафе, другие остались сидеть и, надев виртшлемы, погрузились в разнообразные игры и представления. В кафе новостная команда с Самдея играла в ромбут на пятерых. Мéарана и Билли сели за один столик, игнорируя возмущенные взгляды ходовян. Смешивание полов за столом!
К ним присоединилась женщина в борке, представившись как «дама Теффна бинт Ховард». Мéарана послала Билли в бар, купить три «Блюза остролиста». Вскоре за столик подсела женщина из другой новостной команды — «Крупные роковые новости с Алабастера». С собой она принесла «Белый картезианский» с лимоном и маленькую порцию салата из латука и орехов.
— Не возражаете? — спросила женщина и, не дожидаясь ответа, присела.
Она определенно принадлежала к той породе людей, решила Мéарана, которые не допускали мысли, что им могут быть не рады.
Она представилась как Йвана Новски. Женщина выглядела как типичная алабастрианка из Западноземья — высокая и гибкая, с угольно-черной кожей, длинным тонким носом и светлыми волосами, но говорила без характерного удлинения гласных. Когда у нее поинтересовались насчет этого, Йвана объяснила, что дикторы с ее родного мира старались разговаривать на общем галактическом.
— Мы отлично понимаем, что люди из более старых секторов не воспринимают нас всерьез из-за этого акцента.
Дама с Англетара поинтересовалась, что привело на Отважный Ход две иномировые команды журналистов, и Йвана ответила, что им предстояло осветить судебный процесс над Дикарем по имени Теодорк Нагараян. Не устояв перед страстью к путешествиям, он на торговом корабле попал на Периферию и своими выходками заработал определенную репутацию во многих фронтирных мирах. Он, скорее всего на спор, спустился на Отважный Ход, где его и поймали.
— Таких мы зовем жеребцами, — сказала Йвана, подняв кулак.
— Но как мужчина мог спуститься с «Путевой станции»? — удивилась Мéарана. — Разве нас не сканируют перед посадкой?
Йвана кивнула на даму Теффну, будто говоря: «Кто знает, что скрывается под накидкой?» Впрочем, Мéарана сомневалась, что таможенные инспекторы настолько глупы, что не отличат мужчину от женщины.
— О, — протянула Йвана, — им взятку можно дать так же легко, как всем остальным. А если мужчина таки жеребец, они могут даже уговорить дать взятку, если ты понимаешь, о чем я.