— Он отказал мне, — ответил Сайлас, не колеблясь и ни капельки не смущаясь.
В ожидании этого ответа Франческа даже задержала дыхание, но теперь могла расслабиться.
— Даже несмотря на то, что я могу обеспечить вам достойную жизнь, чтобы вы ни в чем не нуждались, он любит вас настолько сильно, что позволяет вам самой выбирать себе мужа, — продолжал Сайлас. — Он не эгоист. Я знаю, что он любит этот пароход, но готов им пожертвовать ради вашего счастья. Должен сказать, что за это я восхищаюсь им. — Сайлас чуть не подавился своим враньем, но сделал эффектную паузу и пристально посмотрел на Франческу. — Мне просто интересно… вы одна из тех дочерей, которая ради душевного спокойствия своего отца могла бы принести маленькую жертву? — Не дожидаясь ее ответа, Сайлас отрезал: — Всего доброго, моя дорогая.
Он сошел на берег и, ни разу не оглянувшись, пошел прочь, постепенно растворившись в темноте. Он остался доволен, потому что был уверен, что Франческа пожертвует собой ради отца, особенно теперь, когда задета ее совесть.
Франческа провожала его взглядом, полным смятения и неверия. Она до сих пор не могла понять, как он ловко перевел разговор на нее.
— Невероятно! — пробормотала она себе под нос. Но когда подумала об отце и его нежелании жертвовать ее счастьем ради сохранения «Мэрилу», она заплакала.
Сайлас прямиком отправился праздновать победу в «Стар-отель». Он разделался с теми, кто бросил ему вызов, и дал Франческе пищу для размышления. Он искренне гордился собой. В пабе почти никого не было, поскольку все мужчины города сбежались на верфь Эзры Пикеринга, чтобы помешать огню перекинуться на соседние. Он знал, что те, кто побросали свои дела и отправились тушить пожар, скоро начнут стекаться в бар, потому что Эзре уже ничто не могло помочь. А пока в баре было пусто, Хепберн решил выпить пару стаканчиков рома и помечтать о семейной жизни с юной женой, но почувствовал, что возбуждается от одной только мысли о ней. Тогда, быстро осушив два стакана рома, он бросился в бордель к Лиззи.
Сайлас не стал тратить время на никчемные слова приветствия. В порыве возбуждения он содрал с Лиззи нижнее белье и повалил ее на кровать. Взобравшись на нее сверху и пропыхтев меньше минуты, пока она с трудом дышала под тяжестью его тела, он скатился с нее, удовлетворенный.
Лиззи встала с кровати и попыталась привести себя в порядок. Большинство мужчин считали ее дешевкой, но только Сайлас заставлял ее чувствовать себя безобразным куском никчемной плоти. Пока она пыталась надеть платье, он бросил на женщину мимолетный брезгливый взгляд, и тут его внимание привлек сияющий на ее запястье браслет.
Сев на кровати, Сайлас натянул штаны. А потом, схватив Лиззи за руку, на которой был браслет, привлек к себе. Она собиралась спрятать украшение, но внезапный визит Сайласа помешал ей это сделать.
— Где ты это взяла? — зарычал он.
— Я… — От страха Лиззи потеряла способность соображать.
— Я где-то раньше видел этот браслет, — сказал Сайлас, прищурившись. — Я в этом уверен. — Он просто никак не мог вспомнить где. Он так сильно сжал запястье Лиззи, когда поворачивал руку, что она даже сморщилась от боли. Камни сверкали из золотой оправы.
— Это просто… дешевая бижутерия, — сказала Лиззи, затаив дыхание. Она сильно волновалась, потому что знала, что Сайлас хорошо знаком с Реджиной Рэдклифф.
— За дурака меня считаешь, шлюха! — зарычал Сайлас. — Я знаю толк в настоящих вещах. — Иногда он покупал драгоценности своим женщинам… когда нужно было произвести на них впечатление. — Ты украла его, да?
— Нет… я ничего не крала, — заикаясь, проговорила Лиззи.
— Не ври мне! — закричал Сайлас и, размахнувшись, ударил ее по лицу. От удара женщина отлетела на другой конец комнаты.
Сайлас поднялся и направился к ней, а она лежала, съежившись в углу, и из ее носа текла кровь.
— Где ты его украла? — заревел он. Схватив ее за волосы, он заставил ее встать на нога и, несмотря на крики, снова ударил.
Франческа уже начинала нервничать, потому что прошло почти три часа, а ее мужчины не возвращались. Она спрыгнула на пустынный берег и зашагала взад-вперед. Даже эспланада выглядела пугающе безлюдной.
— Где же они? — пробормотала она. Приглушенный стон ворвался в тишину, и девушка вздрогнула. Она повернулась, но в темноте ночи никого не смогла разглядеть. — Кто здесь? — осторожно позвала Франческа. Стараясь не двигаться, она прислушалась, но ей никто не ответил. Через несколько секунд она снова услышала этот звук, и тогда поняла, что кто-то был ранен или попал в беду.