— Но есть и третий способ, — сказала Оггоск.
— Да, — подтвердил принц, — есть третий способ. Как я уже сказал, Река Теней петляет по многим мирам — и путешественники говорят нам, что те, в которые она не попадает, — это немыслимо мрачные и бездушные миры, где люди живут как машины. В каждом мире, которого касается Река, у нее есть исток и выход. Между этими точками она обычно проходит глубоко под землей, в живом сердце мира, так что мы ощущаем ее присутствие под нами только тогда, когда мы очень неподвижны. Но кое-где она течет почти на поверхности. Известно, что в Алифросе существует более дюжины таких мест. После Войны Рассвета победоносные Ауру нашли большинство этих мест и построили рядом с ними огромные сторожевые башни, поскольку они знали, что демоны, которых они только что победили, проникали в Алифрос через Реку.
— Все это странно и удивительно, — сказала Энсил, — но почему вы рассказываете нам об этом, сир?
— Потому что вы смотрите на место, где Река Теней впадает в наш мир, — сказал принц, снова указывая на горы. — Где-то под этими вершинами она поднимается, возможно, впадая в глубокие недра Илваспара, но определенно — и уникально во всем Алифросе — соединяясь на время с естественной рекой. Эта река — Ансиндра. На протяжении почти ста миль она и Река Теней следуют одним и тем же курсом. Это сделало наш полуостров Эфарок одним из самых странных уголков Алифроса. Существа из других времен, других миров — и других версий этого мира — выплывали или выползали из реки на протяжении веков. Многие погибли, но некоторые продолжают жить в карманах и складках этих гор. Бали Адро претендует на полуостров, но на самом деле это отдельная земля, прекрасная и ужасная попеременно.
Однако Ужасное побеждает в месте, куда никогда не ступит нога ни одного здравомыслящего человека: в Баураклое, Адском Лесу. Я мало что могу рассказать вам об этом месте, потому что я никогда не был рядом с ним. Но говорят, что целый город Ауру был поглощен этим лесом, а первая сторожевая башня на Реке Теней разлетелась на куски.
— Великая Мать! — сказала Энсил. — Неужели Арунис действительно собирается туда?
— Кто может сказать? — сказал принц. — Это место темной магии, безусловно. Многие Предсказатели Пауков верят, что Нилстоун появился в нашем мире именно там, унесенный вверх бурлящей силой реки. Но никто из нас не знает наверняка.
Он замолчал и снова уставился на Масалым.
— Завтра на рассвете, — сказал он, — если Арунис не будет найден, экспедиция, состоящая из тех, кто все еще почитает меня, отправится к Чаше Мей. Я не пойду с ними, потому что есть вероятность, что он все еще здесь, и я должен позаботиться о том, чтобы охота в городе не прекратилась. Всем вам будут рады в экспедиции, но я не прошу у вас в ней участвовать. «Чатранд» уплывет далеко от Масалыма прежде, чем возвращение станет возможным, и никто не сможет предсказать, какой город будет ждать тех, кто спустится с вершин. Одно можно сказать наверняка: я больше не буду распоряжаться его делами. К тому времени я вполне могу оказаться пленником в недрах «Кирисанга», ожидая транспортировки обратно в Бали-Адро-Сити и суда Воронов.
— Ну, не треклято ждите, когда это произойдет, — сказал Нипс.
Олик указал на город.
— Мне доверены жизни этих длому, — сказал он, — и я пообещал им, что останусь здесь до тех пор, пока все опасности, которые я принес с собой, не будут устранены. Я не уйду, пока не буду уверен, что Арунис тоже ушел. — Он широко улыбнулся. — Вот тогда я уйду очень быстро.
Таша сглотнула. Если все еще сможешь.
— Я отправлю вас обратно на «Чатранд» сегодня вечером, — сказал принц. — Но за час до восхода солнца экипажи снова будут на причале для всех, кто пожелает присоединиться к экспедиции. У вас будет сегодняшняя ночь, чтобы принять решение.
— И подготовиться, — сказала Оггоск, — к тому, что любой выбор будет иметь свои издержки.
Четверо молодых людей посмотрели друг на друга. Они были потрясены. Это было то, чего никто из них не предвидел.
— Нечего выбирать, да? — сказал Пазел, его голос был менее уверенным, чем его слова. — Мы дали клятву. Это все решает.