- Доброе утро, - сказал он и поцеловал ее в щеку.
- Что не спиться, Рагнар? - спросила она.
- А мне как обращаться? Кузен или Элизабет?
- Я тебе не кузен, но в шутку можно, при своих.
- А сама, как вчерась при офицерах? Александр Константинович едва не кипел, как чайник под парами.
- А это, видишь ли, работа у меня такая.
- Очаровывать?
- Не выглядеть очень умной.
- А Ванхоффер тебя отрекомендовал, как умнейшую даму. Да, фрау Шеховская, вы уж определитесь с вашими особенностями характера, - подтрунивал он.
- Тут понятие "умная женщина" может трактоваться по всякому. Давай лучше по ходу завтрака твою роль обсудим. С Хофманом у тебя будет близкое знакомство. Я "окучу" Арнольда, выведаю у него, где и как хранятся свитки. Тебе придется использовать свою внешность и чутье на человеческие характеры, как подтверждение твоего дара прорицания.
- Хочешь из меня этакого графа Калиостро изобразить?
- Дим, чтоб так летать, как ты, нужно ощущать побольше, чем рули. Пора бы тебе осмыслить, как ты чувствуешь все вокруг. Меня. Людей. Не думаю, что демонстрация твоих способностей будет истолкована тут как естественная. Ты же можешь. Сам только реши, что именно.
- Боюсь задуматься. Ты как двери чувствуешь? Ответишь? Нет. Вот и я не отвечу. Это тайна.
- Не существует тайн, существует наше незнание, - сказала она.
У нее в руках оказалась монетка. Она хлопнула ладонью по столу, монетка была накрыта ею.
- Орел? Решка? - спросила она.
Дмитрий накрыл рукой ее руку.
- Решка.
Эл посмотрела на монетку.
- Правильно.
- Больше трех раз подряд не угадывал, я устаю.
- Научу, если пообещаешь не использовать для привлечения девушек, - пообещала Эл.
- Как?
Эл подняла вверх палец. Он замер, понял ее.
Девушка внесла в столовую их завтрак.
- Балканские железные дороги - дело прибыльное. Учуял верную выгоду наш Грэг, - прокомментировала она, играя монеткой.
Дмитрий ничего не сказал, проводил девушку взглядом до стола.
- Дальше мы сами. Не утруждайтесь, спасибо, Шарлота, - сказала ей Эл.
Они остались одни.
- Как? - переспросил он.
Эл налила ему кофе.
- Не секрет, что у нас с тобой тесная связь. Еще с детства. Ты практически живешь на одних со мной энергиях, а значит, можешь способность перенять или повторить.
- Ты угадываешь события.
- Это Оля их угадывает, а я их создаю.
С этими словами Эл резким броском запустила монету в стенку. Она застряла в штукатурке.
- Глупость. Но какой будет эффект! - заключила она.
- Во черт! - Дмитрий встал, чтобы рассмотреть монету. - Со мной будет, как с Аликом?
- Примерно. Даже проще. Ты податлив, ты не делаешь от ума. Тут есть пустая комната, ключ - у меня. Хватит сил подниматься рано утром?
- Прямо тут? Не уверен, что получиться. Мы не на острове.
- А зачем тебе - остров? Дружище, ты забыл кто ты?
- Ну не великий же.
Он задумался, посмотрел на нее.
- Хочешь стать? - спросила она загадочно.
- Нет, - твердо ответил он.
- Почему?
- Им, кажется, нужна твоя сила. Я так не хочу, - он сказал твердо, лицо его стало мрачным.
Эл не удивилась и успокоительно подняла руку.
- Тебе нечего бояться, только я тебя разочарую. Механизм ты уже запустил. Подумай, как ты собираешься мне помочь, если не будешь понимать на что я способна. Тебе не грозит участь Лоролана, отца или Алика. Ты иной.
- Я убью сам себя, если стану требовать от тебя больше того, что имею теперь.
- Нет, ты, пожалуйста, останься в живых, мне без тебя скучно будет. Спасибо за заботу вчера в театре. Ты мне помог.
- Забавно вышло, - он помолчал. - Хорошо. Завтра, в заветной комнате. Хофмана я и так разгадаю, без всяких там способностей. Здесь - курорт, по сравнению с нашими предыдущими заданиями.
Эл посмотрела на него, словно любуясь, улыбнулась нежно.
- Все идет как-то слишком гладко. Не привыкла. Ладно. Предскажешь будущее жене Хофмана. Она турчанка. Особа интересная, суеверная. У меня есть хронология событий на три дня вперед. Хитрим?
Он кивнул.
- Давай завтракай, твой кофе остывает, Рагнар.
Он сел ближе к ней, их разделял угол стола.
- Что в этих свитках? - спросил он.
- Думаю, ничего, что осложнит мне жизнь еще больше.
- Тогда зачем ищем?
- Чтобы мы все смогли узнать, на что способны. Время необходимо. Не один день, ни один век. Эти путешествия нужны, как почва для роста.
Она протянула руку и коснулась его виска.
- Тут должна появиться мысль о безграничности всего. Свобода. А тут, - она тронула его грудь, - особенная жажда. Особенная, потому что своя у каждого.
- Какое утро интересное, - заурчал Дмитрий. - Жажда, говоришь?
- Голод, - улыбнулась она и протянула ему кусочек поджаренного хлеба.
- Дрессировать нас решила?
- Ну, вы же рветесь быть со мной рядом. Это тебе нынешнее путешествие трудным не кажется. В твоем существе ощущение свободы живет своей жизнью. Мне не трудно с тобой. Мне не трудно в этом времени. Чего об остальных не смею утверждать.
Он задумался. Дальше они пили кофе молча, какое-то время. Дмитрий посматривал на монетку. Что за сим последует, угадать он не мог. Предложение Эл казалось ему искушением, которое она устроила для проверки. Он не красовался, сказал, как думал.
- Ты не любишь философствовать, командор. Ты действуешь, как только чувствуешь эту самую жажду. Почему ты решила, что такая роль мне подойдет? Я не стремлюсь к познаниям Тиамита, сила мне тоже нужна, только для того, чтобы тебе помочь. Лично мне ничего этого не нужно.
Эл улыбнулась какой-то особенной улыбкой. Он заметил.
На этой его фразе она вспомнила себя, она в точности так говорила сама когда-то. "Эх, Димка, Димка, не чуешь, как к тебе подбирается твое непростое будущее. Что же тебя переломит? Заставит ли осмыслить и принять иного себя?" - подумала она.
- А тебе обычно мало что нужно, такова твоя жизненная позиция, - сказала она вслух. - Я вижу стремление Алика, муки Ольги, азарт Игоря, а ты просто течешь в ручейке событий. И ведь не скучно тебе!
- Но и ты течешь, - он улыбнулся и откусил хлеб.
- Я хотя бы знаю приблизительно - куда.
- А я за тобой. Мне проще. В тебе нет жажды, о которой ты говоришь. Ты в свое время вдоволь ее утолила. Эл, я могу сказать обидную для тебя вещь. Ты, кажется, увидела конец своего пути, и срок знаешь. Тебя ничто не прельщает, кроме конечной цели. Тебе не интересно, что с нами будет, как будет. У тебя своя цель, никто из нас не пройдет этот путь за тебя. Только рядом, где-то. Мы близкие тебе люди, но так ли уж мы важны, так уж интересны? Ты - наблюдатель. Не тебе выбирать наши пути, ты только отдаешь дань обстоятельствам, которые смогут нам помочь. Ты подыгрываешь событиям. Под давлением окружающих сил умения и навыки вонзаются в нас, как эта монетка в стенку. Опыт накапливается, и мы начинаем осмысливать его. Однажды ты совершила интересное открытие относительно течения жизни, законов бытия, и хочешь, чтобы мы эту завесу тоже приподняли. Не приподнимем - ты не расстроишься. Жажда есть. Мы хотим. Быть близко от тебя. Ты - источник нашей жажды. Несколько лет назад тебя не стало, и наша команда развалилась. Нас всегда объединяла только ты.
- Ты прав на половину. В каждом из вас, как в часах, есть шестеренка, которая цепляется за мои. Иначе не было бы нашей команды. Мы друг другу предназначены. Зачем? Не так-то легко ответить. Что связывает? Каждый сам должен определить.
- Да. Помню-помню, как ты отправила нас к пиратам. Ей Богу, не представлял, что смогу злиться и ненавидеть тебя снова. А потом опомнился и понял, что этот эпизод заставил нас очнуться. Каждый не по разу подумал, насколько он тебя простил. Насколько готов принять те жестокие условия игры, в которой мы можем оказаться, следуя за тобой. Мы столкнулись не с тобой, не с прошлым, а с нашими собственными демонами и иллюзиями. Взять хоть наших влюбленных. Всех троих. Как просто Алик тебя простил. Ты стала для него важней его собственной гордыни. Я даже думал, что он просто затаит обиду и скроет от тебя свое истинное отношение. Я ошибся. Я поверил, что его любовь перестала быть простым желанием обладать тобой, завоевать тебя, превзойти. Я опасался, что он однажды потребует тебя, как награду за ожидание. Не теперь.