Я лишь с сожалением поглядывал на своих случайных попутчиков, покачиваясь на лошади, и глядя, как они уничтожают весь свой провиант.
Первый из воришек, заметив мой взгляд, оторвавшись от своих пожитков.
- Навлек же ты беду на наши головы, - сквозь зубы процедил он, запихивая в рот кусок лепешки. К этому моменту мы уже удалились от города на достаточное расстояние.
- Какую еще беду я навлек? – скептически произнес я. Может, я чего-то не знаю.
- Эта шайтанова печать Чести, - чуть не выплюнул он. - Какая честь у воров? Мы должны были свалить из города и исчезнуть навсегда, - зло говорил он. – Зачем нам возвращаться?
Я понял, что с этими людьми ничего общего иметь не собираюсь в принцыпе, но надо дать понять, что такие наезды на меня им с рук не сойдут.
- Попридержи свой язык! – гаркнул я. – Ты меня еще благодарить должен за то, что вышел из темницы, - скривился я. Было противно даже говорить с ним. Неужели не понятно, какая участь их ждала бы там. – Как свалить?! Если бы не я, сидел бы ты со своим дружком за решеткой до конца своих дней, или бы казнили тебя, на потеху жителям города.
Тот явно не ожидал от меня такой тирады и был крайне удивлен. Только и мог, что хлопать глазами на меня.
- Еще скажи, это я виноват, что ты воровать пошел, - добил его я последним аргументом. Тот ничего не ответил. – Вот и сиди тихо. Дива побил и тебя побью! – замахнулся я на него, хотя между нами было порядка трех метров. Тот чуть пригнулся, видимо не понимая, что с такого расстояния я его не достану, но пусть боится. Так будет спокойнее.
- Он просто боится, - начал другой, который в темнице проявил себя как более робкий. – Мы ведь на верную смерть едим, - чуть ли не всхлипнул он.
- Я лично умирать не собираюсь! – буркнул я, ни к кому конкретно не обращаясь.
После этой перепалки воришки предпочли молчать. Ехали мы не торопясь, думаю лошадкам нашим тоже было жарко и перегревать их ещё и быстрой ездой не стоило.
Особо искать направление, в котором следует двигаться, не приходилось. На земле черными пятнами, словно разлитый мазут, поблескивала запекшаяся кровь дива. Наступать на нее мы избегали, помня, что она сделала с моей ржавой саблей.
- Не наступайте на кровавый след, - сказал я. – Кровь дива разъедает и металл. Копыта лошади разъест в два счета.
- Как же тогда мы будем с ним сражаться? – запричитал второй, более изнеженный воришка, которого начинало трясти от страха каждый раз, когда я упоминал дива.
- Я тоже не горю желанием ехать в логово дива, - заявил первый, с которым мы пререкались.
- Тише ты, - зашептал второй, - на тебе же печать! Истечешь кровью!
- Да, - подтвердил я, - сворачивать нельзя, на нас же печать. Но посмотрите на это с другой стороны. Что, если в логове дива нас ждут несметные сокровища.
Оба воришки переглянулись. Определенно этот вариант не приходил им в голову. Куда там, с их-то фантазией. Это я сыну сказок начитался, вот и нафантазировал. Сейчас этим двум тоже сказок нарассказываю, так они первыми побегут к диву.
Вскоре солнце стало печь так, что ехать было невозможно. Лошади под нами храпели и мы, хотя и не были слаженной компанией, приняли единодушное решение переждать самую жару в каком-нибудь укрытии. А в путь двинуться после того, как солнце пойдет к закату.
Но кругом не было ни деревьев, ни валунов, в тени которых можно было бы спрятаться. Впереди виднелись скалы, которые то тут, то там, выступали из песка. В их тени можно было бы укрыться от зная. Но до них еще надо было дойти.
Кое-как добрались до одного из скалистого уступа и решили укрыться в его тени на жалком клочке земли.
Лошадей стреножили, так как привязывать их было не к чему. Я внимательно смотрел, как это делают мои попутчики, стараясь не выдать своего незнания. Позаботиться о своей лошади я должен был сам, да и просить ни одного из них ни о чем мне совершенно не хотелось.
Но у меня никак не получалось схватить приставить одну ногу моей клячи к другой – она постоянно искусно уворачивалась, не давая связать ей передние ноги.
Специальных пут для стреноживания у нас не было. Воришки попросту обвязывали передние ноги своих «скакунов» веревкой, которая висела на седле у каждого из нас.
- Джинн, - тихо позвал я. – Помоги мне связать ей ноги, - попросил я. И не успел договорить, как ноги у моей лошадки были уже связаны.