В этот самый момент небо над головой оборотня почернело, и вниз полетели разряды молний. Раскинувшая руки Роксолана возвела над собой огромный щит, в который и стали биться неистовые разряды, которых с каждой секундой становилось все больше и больше.
- Это архимаг! На стороне этих скотов архимаг! - закричала Ламия и выбросила вперед руку с распростертыми пальцами, с которых в сторону врага полетели огромные сгустки пара.
Не успел Гонта сообразить, что именно происходит и что нужно делать ему, как щит Роксоланы с грохотом раскололся, и мир вокруг оборотня погрузился во тьму.
*****
- Это работа архимага, родная, - произнесла Роксолана, смотря вслед уезжающему на разведку левого фланга оборотню.
- Не глупи, - дернула плечом Ламия, - Обычный высший ритуал.
- Ни один магистр не может провести ритуал столь филигранно. Тут видна точность и искусство владения магией больших величин. Магистры, даже посредством магического круга, такую мощь не удержат и тем более не смогут направить ее столь точно. А я уверена, что ни одна молния не задела войска мятежников. Нет, - покачала головой женщина, - Ни один магистр так не сможет.
- Глупость, - отмахнулась Ламия, - Архимаг постарался бы прикрыть свои войска от твоего удара, а ты ведь никакого сопротивления не почувствовала.
- Не почувствовала, - подтвердила Роксолана, оставшись при своем мнении.
Доклад Гонты лишь подтвердил подозрения женщины. Молнии били не просто по площади где находились их солдаты, а били точно в солдат, сжигая каждого из них индивидуально. Никакой ритуал обеспечить такую точность не мог. У врага был архимаг. Но Ламия продолжала упорствовать. Впрочем, сейчас все было не важно. Пехота сошлась в рукопашную, и любой магический удар был невозможен без жертв среди собственных войск. Да, ни одного мага подобное не остановит, но и злоупотреблять бессмысленным уничтожением своих войск никто не будет. Вот когда определится победитель… Но до этого момента было еще далеко. Да и магические искажения над полем боя были уже довольно значительны и так просто применять любую магию было нельзя.
В какой-то момент Роксолана почувствовала что-то неправильное в окружающем ее пространстве и начала создавать щит. Потемневшее небо не оставило сомнений в том, где именно будет нанесен новый удар. С постановкой щита женщина опоздала буквально на мгновение и несколько молний успели найти своих жертв, а затем все они стали бить в ее щит.
- Я долго не продержусь, - прошептала Роксолана в ответ на вопросительный взгляд Ламии.
Подруга еле заметно кивнула и вдруг резко повернувшись в сторону мятежников закричала.
- Это архимаг! На стороне этих скотов архимаг!
Что именно почувствовала Ламия, Роксолана не поняла, увидев лишь удар подруги, а затем ее щит не выдержал и раскололся. Ударной волной женщину швырнуло на землю. Возведя вокруг себя индивидуальную защиту, Роксолана с удивление обнаружила, что это не требуется. Небо было затянуто тучами, но молнии в землю не били, да и сами тучи были… дождевыми. Видимо, Ламия успела немного подправить колдовство их противника и нейтрализовать его столь простым и необычным способом.
- Это кровник!
- Что? - крик подруги вернул Роксолану к реальности.
- Это проклятый кровавый архимаг! Эта сволочь даже не думает уставать.
В эту минуту Роксолана увидела, что войска в центре, то есть располагавшиеся перед их ставкой, мертвы. И если мятежники валялись на земле и напоминали сваренных заживо раков, что явно указывало на использованный подругой «пара», а точнее одну из его вариаций, то верные им солдаты были поджарены чем-то вроде «цепной молнии», что перескакивала от одного бойца к другому. Сил и для одного и для другого действа было затрачено много. Кроме этого Роксолана поняла, что над их головой раз за разом формируется ударная «сфера молний», но Ламия вновь и вновь нейтрализует ее, оборачивая все в другую сторону и превращая несущие смерть облака в несущие воду тучи. Стало понятно и заявление о силе противника, который на свои удары тратил раз в десять больше усилий, чем Ламия на их нейтрализацию. А значит им противостоял кровавый маг. То есть, мятежники получили помощь из империи, скорее всего прямо от Светлой Церкви.
Подобное предательство интересов Валерии разозлило Роксолану, и она подошла прямо к Ламии, став вливать остатки своих сил в подругу. Без ритуального круга подобное было не очень эффективно, но голой дури ныне в Роксолане было очень много, а вот искусности не хватало, так что пусть дерется более опытная Ламия, а она, Роксолана, просто побудет живым накопителем магической силы. Закрыв глаза, женщина отрешилась от происходящего вокруг нее.