У Драко от удивления округлились глаза. Об этом он вообще не думал. Предыдущие два обломка дались ему — как он теперь понимал — относительно легко. Конечно, ни в Годриковой Впадине, ни в окрестностях Нурменгарда он не просто прогуливался, но все же обошелся сравнительно малой кровью. По крайней мере, палочка была с ним. А теперь….
— Эй, ты что, призрака увидел? — Скримджер хохотнул.
— Да, — буркнул Драко. — То есть нет, сэр. Просто задумался.
— А тебе есть о чем. Нарушение Статута о Секретности, да еще и проникновение на территорию, закрытую не только для магглов, но и для волшебников. Видал ту трещину? Не просто так улицу оцепили. В этот разлом вчера десять человек провалились, и никто не видел их трупов. А знаешь, почему?
Драко звучно сглотнул.
— Нет.
— Потому что никто не видел дна.
— Но я… — начал Драко и осекся, заметив, что Грейнджер показывает руками крест и отчаянно машет головой.
— Ты — что? Прогуляться надумал?
— Ошибся при аппарации. Перепутал, — выкрутился Драко.
Скримджер втолкнул его в кабинет, вошел следом, захлопнул за собой двери и уселся на стул.
— Ладно. Давай сначала. Как тебя зовут?
— Дин Грейнджер, сэр.
— Грейнджер? Не помню таких, — Скримджер почесал в затылке.
Настоящая, призрачная Грейнджер, зависшая в воздухе неподалеку, раскрыла рот от удивления и вытаращила глаза.
— Я из магглорожденных, сэр, — тихо пробормотал Драко. По крайней мере, в прошлый раз это неплохо сработало, так что имело смысл сделать это постоянной легендой.
Скримджер брезгливо скривился.
— С этого и надо было начинать. Сказал бы сразу, что ты — осел с волшебной палочкой, да к тому же не сообразивший сразу стереть память тому полицейскому.
Драко опешил.
— Вообще-то я неплохо управляюсь с палочкой, знаю много защитных чар, весьма способен в Трансфигурации. И, если бы вы были так любезны и вернули ее мне, показал бы вам, на что способен.
— Держи карман шире, — Скримджер хохотнул. — Если Диппет, доверившийся речам этого ослолюба Дамблдора, забрал тебя из твоего стойла и разрешил учиться магии, это еще не значит, что все вокруг будут носиться с тобой.
— Почему вы меня оскорбляете? — негодующе воскликнул Драко.
Вместо ответа Скримджер лишь расхохотался, глядя, как Драко сжимает кулаки. Дверь скрипнула, и вошедший Селвин недоуменно уставился на них.
— Сэр, вам угрожает опасность?
— От этого осла, которого Диппет и Дамблдор научили ходить на задних копытцах? Сомневаюсь.
— Грязнокровка что ли? — фыркнул Селвин, достал палочку Драко из кармана и принялся крутить ее в руках. — А палочка-то ему хорошая досталась. Сломать что ли?
Драко дернулся, и Селвин расхохотался.
— Смотрите, сэр, он боится!
Драко нахмурился, перебирая в голове варианты того, как можно забрать у этого придурка свою палочку, пока он и впрямь не сделал с ней что-то. Грейнджер, зависшая посреди кабинета, к его удивлению, не злорадствовала, хотя могла бы, а тоже выглядела напряженной.
— Аврор Скримджер! — дверь распахнулась, и в кабинет влетел совсем молодой сотрудник Министерства. — Аврор Скримджер, как хорошо, что вы здесь! Трещина!
— Что — трещина? — Скримджер вскочил. — Говори!
— У нее появилось ответвление! Двое наших из оцепления уже провалились в нее.
Селвин всплеснул руками и выронил палочку Драко.
— Сейчас! — воскликнула Грейнджер, но в этом не было нужды. Драко молниеносно рванулся вперед, схватил свою палочку и сконцентрировался на том здании, из которого, по мнению маггловского полицейского, он мог выпрыгнуть.
Маленькая, но уютная комнатка, в которой он появился, выглядела так, словно ее покидали в спешке.
— Тот полицейский говорил, будто всех жильцов в срочном порядке вывели из домов, — Грейнджер материализовалась рядом и теперь взирала на вывернутые из тумбочек и шкафов вещи. — Они брали только самое необходимое. Бедняги. Надеюсь, с ними все в порядке сейчас.
— Грейнджер, — Драко повернулся к ней. — Я должен…
— Найти камень, да поживее, — отрезала она. — Накладывай на себя Дезиллюминационные чары и выходи. На этот раз все должно обойтись.
На улице послышались хлопки, и Драко выглянул в окно.
— Опять эти, — он недовольно покосился на Скримджера и Селвина, которые осматривали новое ответвление трещины. Если основной ее ствол шел вдоль противоположного дома, то новая ветвь пересекла улицу поперек.
— Они увлечены своей работой, — буркнула Грейнджер. — Не думаю, что они станут тебя искать.
Драко кивнул и коснулся макушки кончиком палочки. Наблюдая, как его рука становится прозрачной, он думал совершенно о другом. Надо же, какой-то старик назвал его ослом, которого научили ходить на задних копытах. А самое ужасное, что Драко смолчал.
— Идем, — бросила Грейнджер и поплыла к лестнице. Драко двинулся за ней.
На улице мело все сильнее, и в такой метели было сложно рассмотреть хоть что-то. Однако Драко в этом плане повезло: фигура Грейнджер излучала легкий синеватый свет, на который можно было ориентироваться. Более того, она явно знала, где лежит камень, в котором заточена часть ее души, и с легкостью двигалась к своей цели, что значительно упрощало поиск заветного песчаного холмика.
— Тут! — воскликнула она, замерев у стены, и Драко ускорил шаг. Внезапно справа возникла тоненькая фигурка. Молодая женщина, беременная на достаточно большом сроке, шла прямо на трещину. Она покачивалась из стороны в сторону, то и дело спотыкалась, и, похоже, совершенно ничего вокруг себя не видела.
— Мэм! — попытался окликнуть ее Драко, но закашлялся, и его голос прозвучал слишком тихо, а из-за завывания пурги и вовсе незаметно. — Мэм!
Во второй раз получилось чуть громче, молодая женщина чуть дернулась, обернулась, чтобы посмотреть, кто ее зовет, и вдруг оступилась.
— Мэм, осторожнее, вы сейчас упадете!
Она осмотрелась — умиротворенно, спокойно — улыбнулась и шагнула в трещину. В тот же миг над городом разнесся бой часов.
— Тридцать первое декабря, — Грейнджер дернулась. — Сегодня тридцать первое декабря, а это может значить только одно.
— Что же?
— Только что в трещину рухнула Меропа Гонт, мать Волдеморта. Он не родится. Трещина пожирает все более и более значимые моменты истории. Ты должен это остановить.
Драко уставился под ноги, где над снегом возвышался маленький песчаный холмик, и бросился разгребать его руками. Наверное, со стороны это выглядело странно: горка песка посреди занесенного снегом тротуара, которая разлетается от движения невидимых рук. Вот почему Меропа Гонт не послушалась Драко — она не видела его, не знала, что к ней обращается не живой человек, считала его лишь игрой воспаленного разума.
Синеватый камушек обнаружился на снегу, под песком, и его свечение было куда более слабым, чем у первых двух. Драко торопливо схватил его, крепко сжал в кулаке и прыгнул в трещину.
========== Глава 10 ==========
На этот раз он не успел зажмуриться. Драко словно погружался все глубже и глубже под воду, а вокруг него кружили другие: он узнал Эйвери и Меропу Гонт, но были и неизвестные ему люди с синеватыми от воды лицами, с выпученными глазами, и все тянули к нему разбухшие от воды руки.
— Закрой глаза, — прошептала Грейнджер на ухо, и Драко послушно зажмурился.
Когда он их открыл, то обнаружил себя стоящим по щиколотку в воде. Грейнджер парила напротив, отплевываясь от воды.
— Единственное отличие, — буркнула она. — Ты выходишь из этого потока сухим, а я промокаю до нитки.
Драко моргнул пару раз и хлопнулся на колени.
— Грейнджер, прости, — прошептал он, понурив голову. — Я сейчас понял, насколько мерзко себя вел все эти годы. Я…
— Побывал в моей шкуре, да? — она скрестила руки на груди и укоризненно посмотрела на Драко. — Что ж, теперь ты видел и чувствовал, каково это, когда твои знания и умения, годы работы над собой перечеркивают одним словом.