— Мы не используем имплантаты дополненной реальности, Мира Теронова. Корпоративная этика, — счёл необходимым объяснить сопровождающий Миру близнец. Мира с умным видом кивнула. Подошла к лежащему Кси, спросила:
— Он в сознании?
— Мозг очень активен. Скорее всего, он сейчас видит чрезвычайно реалистичные сны. Для вас это характерно?
— Что характерно и для кого это — нас? — не поняла Мира.
— Для вас — землян. Мы с вами, очевидно, принадлежим к одному биологическому виду, но различий не может не быть. Так характерны ли для землян яркие сновидения?
Мира прикинула, что стоит и чего не стоит говорить.
— Они случаются, время от времени. А у вас — нет?
— Иногда. Впрочем, насколько я понял из докладов дежурной смены, ничего необычного с пациентом не происходит. Разумеется, травмы очень серьёзные, я бы даже предположил, что целью взрыва был именно пациент. Он единственный, кто пострадал серьёзно. Потому его пришлось транспортировать сюда, к нам. К нашему сожалению, «Промкор» не дала разрешения на постройку временного стационара на своей территории.
Временного стационара. Да, с синтаксисом проблема, а не с переводчиком, подумала Мира.
Близнец продолжал:
— Мы вынуждены держать состояние пациента под постоянным контролем, иногда прибегая к удалённому доступу, поскольку привлекаем к лечению наших лучших специалистов. Для гарантии полного выздоровления нам требуется ваше разрешение на установку системы фармакологического контроля. Разумеется мы готовы предоставить вам лучшее по цене предложение.
Он выжидательно уставился на Теронову. Та недоуменно спросила:
— Простите я не вполне….
— Ах да, действительно. Всё время забываю, что вы из внешнего космоса.
Не забываешь, а проверяешь степень моей информированности о ваших внутренних делах.
— Ну что вы, конечно-конечно. Мы готовы оплатить любое лечение.
Из-за спины Тероновой вынырнул услужливый близнец, как две капли воды похожий на её собеседника, протянул планшет. Мира приложила палец, холуй испарился. Близнец удовлетворённо кивнул.
— Теперь, когда формальности улажены, прошу вас пройти в личные покои двух Близнецов для доверительной беседы.
Он проводил миру вниз по коридору. Дошёл вместе с ней до красной черты, проведённой по полу. Сказал что дальше идти не имеет права. Заверил её, что заблудиться не получится, сворачивать никуда не требуется и идти совсем недалеко. Мира кивком головы отпустила сопровождающего и пошла вперёд, проклиная себя за то, что приняла этого близнеца за того, с которым разговаривала на приёме у Стахова. Там они все хоть немного, но отличались, здесь же, в своей клинике, они были на одно лицо. Надо будет обязательно выяснить, что за обычай такой и с чем он связан — это может быть интересно, отметила про себя Теронова, входя в арку, за которой был новый зал. Посредине зала стояли два кресла. Даже скорее, небольшой диван, разделённый пополам подлокотником. Правая половина немного больше левой. Или ей только показалось? На креслах восседали Близнецы.
— Здравствуй, Мира Теронова, — сказали они хором. Мира кивнула им головой в знак приветствия.
— С кем-то из вас двоих я уже знакома. Или нет?
— Со мной, — ответил правый близнец, — я Сиха. Это мой брат Рата.
— В прошлый раз вы все выглядели очень похожими, но всё же различимыми. Здесь же, в вашем секторе, вас совершенно невозможно отличить, вы как капли воды. В чём тут дело?
— Перед выходом в другие сектора мы предварительно корректируем внешность, внося небольшие изменения в наше совершенство. Это значительно упрощает коммуникацию с другими людьми. Когда мы у себя, нам нет нужды в искусственно созданных различиях. Твоё любопытство удовлетворено?
— Вполне. Но это было праздное любопытство. А меня терзает ещё и непраздное.
— Что же за вопрос ты хочешь нам задать и сможем ли мы на него ответить?
— О, можете, ведь это вы его мне и задали.
— Думаем, ты говоришь о яде, что мы впустили в твоё тело. Ведь так?
— Так, — ещё как так, твари, подумала Теронова. Ничего, я вам ещё устрою. Дайте срок.
— Ты уже исцелена от него — на время. Воздух нашей клиники отныне целебен для тебя.