Техник-связист нехотя кивнул. Пояснил:
— Сначала было много убитых, но потом индейцы поменяли тактику. Теперь в основном раненые и «заснувшие».
— Заснувшие?
— Люди сознание теряют. Нет, не от усталости. Индейцы это как-то делают, если их близко подпустишь. Живыми хотят взять, наверное. Зачем им пленные? Им нужны заложники или…
— «Или», — подтвердил Тимур, не вдаваясь в уточнения, что подразумевал техник. В любом случае действительность окажется страшнее его измышлений. Приказал: — Ладно, веди нас к начальству. Кто руководит обороной, Куниберти?
— Витторио погиб ещё на космодроме. Сейчас Двуглавый за главного.
Октавиана-Клавдия они нашли в зале контроля и управления. Он восседал в кресле дежурного энергетика, рядом на пульте лежал бластер. Антаресец сильно изменился с того времени, когда Тимур видел его последний раз. Судя по всему, «двуглавым» он больше не был. Лицо Октавиана было бледным, застывшим, веки опущены, с уголка безвольно расслабленного рта стекает капля слюны. Клавдий выглядел лучше, хоть и его лицо заметно осунулось, веки припухли, на щеке — наспех залитая септиком свежая ссадина. Защитный костюм антаресца носил следы знакомства с медеанскими стрелами.
Коршунова Клавдий осмотрел с головы до ног с явным сомнение. По Росянке сперва лишь скользнул взглядом, но что-то его зацепило, и он посмотрел на девушку снова, внимательнее. Заметил отсутствие татуировок на обнажённых руках?
— Здравствуй, друг, — заговорил Тимур.
— Будь здрав. — Клавдий перевёл взгляд вновь на него. —Я принял твою радиограмму. Ты оборвал сообщение, сказав, что за тобой пришли. Как тебе удалось выбраться живым?
— Я расскажу, что было дальше, и что необходимо сделать. Но с глазу на глаз.
Коршунов многозначительно повёл взглядом в сторону людей в зале управления. На антаресца и его собеседников многие посматривали с интересом.
На лице Клавдия появилось удивление.
— В секретности остался какой-то смысл?
— Это решай сам, когда послушаешь.
Антаресец поднялся с кресла, грузно, припадая на правую ногу, пошёл к кабинету начальника смены. Стена, отделяющая его от зала, была наполовину прозрачной, но звукоизоляция оказалась вполне приемлемой.
В кабинете стояли два кресла, но Октавиан-Клавдий садиться не захотел, и гостям не предложил. Прошёл к столу, обернулся. Упёрся взглядом в Росянку, плотно притворившую за собой дверь.
— «С глазу на глаз», значит, — пробормотал. Рука его как бы невзначай легла на кожух бластера, висевшего на ремне через плечо.
У Коршунова и Росянки оружия при себе не было, — костяные мечи они оставили в подсобке возле купола. Но посчитать их безоружными было бы опрометчиво. На жест и реплику антаресца Тимур внимания обращать не стал, принялся рассказывать обещанное. Сжато и чётко, пропуская всё, что вошло в последнюю радиограмму, — раз уж Октавиан-Клавдий знаком с её содержанием. Антаресец слушал молча, не шевельнулся, не моргнул ни разу, лишь бледнел всё больше и больше. Под конец лицо Клавдия мало чем отличалось от лица Октавиана.
Тимур закончил, замолчал. Пауза затянулась на добрую минуту, прежде чем Клавдий констатировал:
— Ты предлагаешь взорвать энергоцентраль и убить всех: раненых, потерявших сознание, беспомощных.
— Это чистая мгновенная смерть. Если индейцы захватят людей живыми, с ними случится гораздо худшее.
— Мы держимся почти день. Ещё два, два с половиной, и здесь будут эвакуационные нибелунгеры.
— Ты действительно веришь, что сможете продержаться? Сколько осталось боеспособных? Сто человек? Двести? Но пусть ты прав, вы продержитесь. И окажетесь приманкой в ловушке. Индейцы захватят корабли, и дорога на Землю, другие планеты, известные людям, им будет открыта.
Клавдий словно очнулся, взгляд его сделался жёстким.
— То, что ты сказал, невозможно. Индейцы не умеют управлять межзвёздными кораблями, они боятся машин.
Возразить Тимур не успел, Росянка его опередила:
— Земные пилоты и штурманы умеют и не боятся. Они пройдут Обряд Разделения Силы, станут частью Племени и начнут действовать в его интересах. Они привезут на Землю «спасённых», и никто не усомнится, что прилетели люди. А потом станет поздно.
— Взорвав энергоцентраль, мы решим сразу две задачи. Во-первых, избавим людей от трансформации. Во-вторых, высвободившаяся энергия позволит Росянке перенести нас в то время, когда прибудут нибелунгеры. На космодроме наверняка уцелела радиостанция планетарной связи, но на всякий случай я возьму у вас переносную. Её мощности хватит, чтобы связаться с кораблями на орбите и предупредить об опасности. Клавдий, я ведь не разрешения твоего спрашиваю. Энергоцентраль я в любом случае взорву, и ты меня не остановишь. Но я рассчитываю на твоё содействие, а не противостояние. — Тимур красноречиво посмотрел на ладонь антаресца, лежащую на бластере.