К Птичьей Скале подходили скрытно, оставив обычных жителей позади. Благодаря этому мы и сумели обнаружить отряд вышронцев, который окопался неподалёку. Всего в засаде сидело около двух сотен ящериц, из которых только у пятерых были стальные доспехи — а половина отряда вообще была теми самыми оборванцами, которых мы без всяких ружей разбивали в пух и прах.
Лагерь они разбили неподалёку от берега в укромной лощинке, по дну которой протекал ручеёк. За Птичьей Скалой наблюдало двое дозорных, которых мы каким-то чудом приметили в кроне дерева, стоящего на краю леса.
Птичья Скала сама по себе находилась в весьма плачевном состоянии: стены были практически разрушены, а дома редко где сохранили второй этаж. В посёлке везде были видны следы масштабного пожара, уничтожившего всё, что могло гореть. Как жители собираются всё это восстанавливать — я понятия не имел. Однако это и не мои проблемы, если честно…
Остаток дня мы готовили ночное нападение. За упёртость врагов надо было наказывать, а вот эти, сидевшие под Птичьей Скалой в засаде, были очень упёртые. На всю округу, как мы понимали, это было единственное подразделение ящеров, которое не отступило на север после поражения.
— Так, слушаем сюда! — со всей серьёзностью приказал Борборыч. — Сначала окружаем их вдали от лагеря: и даже не пытайтесь близко подобраться. Вы по сравнению с ящерицами — профаны в дисциплине незаметного подкрадывания. Так что ближе ста метров даже и не подходите, пока я не подам условный сигнал!..
— А какой условный сигнал? — поинтересовался Дойч. — Или я что-то пропустил?
— Давайте три свиста! Как подам, всё равно скрываться уже будет бесполезно, — предложил Борборыч.
— Ой, ну это же банально! — подал голос Толстый.
— А, может, что-нибудь поинтереснее? — согласился с ним Вислый.
— Я! Не хочу! Знать! Что вы предложите! — раздельно, по словам, проговорил рейд лидер и, убедившись, что близнецы молчат, продолжил. — После условного сигнала делаем рывок к противнику — так, чтобы замкнулось кольцо. И дальше просто утюжим их из пушек и ружей. Если они пойдут в одной из точек на прорыв, а там не будет Нагибатора, Фили, рыжих, Барэла или меня — в бой не вступаем, пропускаем и стреляем в спины. Если рядом есть кто-то из нас — пытаемся остановить. Так, ополченцы — на вас пушки. Ударники — на вас ружья. Всё, пошли отдыхать и отсыпаться.
День четыреста двадцать четвёртый!
Вы продержались 423 дня!
Разбудили меня в «час волка», когда солнце ещё не взошло, а рассвет был уже близок — как говорят, именно в это время все депрессивные элементы общества и подумывают свести счёты с жизнью. Вот тот же Плутон всегда прыгал позже, тем самым доказывая, что не такой уж он и депрессивный элемент!.. Я вроде как депрессией не страдаю — и даже не наслаждаюсь ею — но у меня в такое время просыпается повышенная агрессия ко всем тем, кто меня будит. Так что хорошо, что разбудила меня Ариша, а не кто-нибудь ещё. Она и сама прирезать может, если что не так…
Без разгона и завтрака мы начали растекаться вокруг вышронского лагеря, готовясь к битве. Заодно и собираясь опробовать в бою ружья. Можно сказать, первое боевое испытание… Устроившись в высокой траве, я переломил ружьё, стараясь сделать это как можно тише, и сыпанул пороха из сумки на поясе. Кстати, я заметил, что порох изменился — раньше он напоминал муку, а теперь состоял из маленьких гранул. Кажется, наши мастера, наконец, наловчились его делать. Я загнал пулю, придавил её, проталкивая излишки пороха на полку, а потом вернул на место ствол и затянул крепление.
Оставалось только ждать, когда на дальней от моего укрытия стороне приготовится Борборыч и подаст сигнал. Лагерь вышронцев отсюда не был виден, но лёгкий запах террариума выдавал их месторасположение. Вышронцы умели неплохо прятаться, жгли бездымные костры — и вообще отлично чувствовали себя в джунглях. Но вот о том, что, когда их много собиралось в одном месте, вокруг немедленно начинало пованивать — они, видимо, ещё не догадывались. На их планете, наверно, это был вполне привычный запах — ведь там, похоже, млекопитающих и не бывает.
Ждать всегда тяжело… Особенно когда тело уже проснулось и требует действий — мышцы там размять, свой посёлок отбить, весь мир завоевать… Отчаянно скучая, я сидел и пытался вспомнить, кто из древних полководцев говорил, что вовремя обнаруженная и окружённая засада оборачивается против тех, кто в ней сидел. Вот никак не вспоминалось… Рядом старалась неподвижно сидеть Ариша, но нет-нет да и меняла позу — тоже особа нетерпеливая…